В частности, на Сапун-Горе имелось шесть линий траншей, прикрытых противопехотными и противотанковыми заграждениями в несколько рядов.

Новый командующий 17-й немецкой армией в приказе от 3 мая писал:

  • «Я получил приказ защищать каждую пядь Севастопольского плацдарма. Его значение вы понимаете. Ни одно имя в России не произносится с большим благоговением, чем Севастополь… Я требую, чтобы все оборонялись в полном смысле этого слова, чтобы никто не отходил, удерживал бы каждую траншею, каждую воронку, Каждый окоп. В случае прорыва танков противника пехота должна оставаться на своих позициях и уничтожать танки как на переднем крае, так и в глубине обороны мощным противотанковым оружием.
  • Если сильный огонь противника разрушит наши оборонительные сооружения, необходимо оставаться на месте и защищать остатки этих сооружений, воронки. Если противнику удастся где-либо вклиниться в нашу оборону, необходимо немедленно контратаковать и отбросить противника, не ожидая на это особого приказа.
  • Плацдарм на всю глубину сильно оборудован в инженерном отношении, и противник, где бы он ни появился, запутается в сети наших оборонительных сооружений. Но никому из нас не должна даже и в голову прийти мысль об отходе на эти позиции, расположенные в глубине.
  • 17-ю армию в Севастополе поддерживают мощные воздушные и морские силы. Фюрер дает нам достаточно боеприпасов, самолетов, вооружения и подкреплений.
  • Честь армии зависит от каждого метра полученной территории. Германия ожидает, что мы выполним свой долг»{406}.

С такими мыслями и требованиями обращалось немецкое командование к своим войскам.

Советское командование и все наши воины понимали, что предстоит отчаянная и жестокая схватка с врагом, который будет драться упорно, яростно, ибо положение его безвыходно. 24 апреля гитлеровское командование запретило эвакуацию войск морем.

17-я армия имела в своем составе пять немецких и три румынские дивизии. По данным штаба 4-го Украинского фронта, она насчитывала 72 тыс. солдат и офицеров, около 1500 орудий и минометов, 330 орудий ПТО, 50 танков и штурмовых орудий и до 100 боевых самолетов{407}. Враг имел практически неограниченное количество боеприпасов.

Советские войска, вышедшие к Севастопольскому укрепленному району, сделали попытки овладеть им с ходу. [245] Но эти попытки, как и продолжавшиеся несколько дней атаки подошедших главных сил стрелковых войск, не принесли успеха. Стало ясно, что нужно основательно готовить штурм вражеских позиций.

Все войска, вышедшие к Севастополю, теперь были объединены под командованием 4-го Украинского фронта. В него вошла и Приморская армия{408}. Фронт имел 253 тыс. человек, 4445 орудий и минометов, 888 ПТО, 106 танков и САУ{409}.

В соответствии с планом штурма Севастополя, утвержденным представителем Ставки Маршалом Советского Союза А. М. Василевским, главный удар наносился левым флангом 51-й, правым флангом и центром Приморской армии на участке Сапун-Гора, высоты северо-восточнее Карань. Удар в этом районе позволял использовать танковые войска, поскольку местность здесь носила менее пересеченный характер. Разгром врага на Сапун-Горе при всей трудности ее штурма сразу давал нашим войскам решающее преимущество: оборона противника теряла свою устойчивость.

Вспомогательный удар наносился в полосе 2-й гвардейской армии. При этом с целью отвлечения внимания противника этот удар намечалось начать на двое суток раньше главного.

2-я гвардейская армия должна была прорвать оборону противника в районе юго-восточнее Бельбек силами 13-го гвардейского и 55-го стрелковых корпусов и нанести удар в направлении Мекензиевы Горы, восточный берег Северной бухты, прижать противника к морю и уничтожить его. Затем форсировать Северную бухту и овладеть восточной частью Севастополя{410}.

51-я армия силами левого фланга (63-й стрелковый корпус в первом эшелоне и 10-й стрелковый корпус во втором) получила задачу нанести удар в направлении Сапун-Гора, Севастополь во взаимодействии с 11-м гвардейским корпусом Приморской армии. 1-й гвардейский стрелковый корпус наносил главный удар на левом фланге в направлении высоты Сахарная Головка с задачей во взаимодействии с 55-м стрелковым корпусом 2-й гвардейской армии окружить и уничтожить противника в районе высоты 248,0, Мекензиевы Горы{411}.

Приморская армия силами 11-го гвардейского стрелкового корпуса прорывала оборону в районе Сапун-Горы и наступала на юго-западную окраину Севастополя. 3-й горнострелковый корпус, действовавший на главном направлении Приморской армии, получил задачу прорвать оборону в районе высот северо-восточнее Карань и развивать удар в направлении Омега. [246] Корпус усиливался 63-я танковой бригадой и 257-м танковым полком. В его полосе должен был вводиться в прорыв 19-й танковый корпус. 16-му стрелковому корпусу предписывалось прорвать оборону противника в районе юго-западнее Балаклавы и развивать удар вдоль побережья Черного моря{412}.

При постановке задач войскам всех трех армий командующий фронтом требовал создать штурмовые и блокировочные группы для уничтожения дотов и дзотов противника, выдвинуть значительную часть артиллерии на стрельбу прямой наводкой, а затем продвигать ее непосредственно в боевых порядках пехоты.

8-й воздушной армии{413} ставилась задача сосредоточить большую часть сил сначала в полосе 2-й гвардейской, а потом в полосе левого фланга 51-й и Приморской армий, чтобы обеспечить прорыв обороны противника и поддержать развитие удара на юго-восточную окраину Севастополя. Для ударов по обороне врага привлекались также 2, 3 и 4-й гвардейские бомбардировочные корпуса и 50-я бомбардировочная дивизия 6-го бомбардировочного корпуса авиации дальнего действия. Всего они имели 567 самолетов.

Черноморский флот получил задачу силами авиации и боевых кораблей блокировать группировку противника с моря, уничтожать его плавсредства в порту, бухтах и на переходах морем. С целью лучшего управления 15 апреля была сформирована Севастопольская военно-морская база с временным пребыванием ее в Ялте. В нее вошли 1-я бригада торпедных катеров (базирование в Ялте) и 2-я бригада торпедных катеров (базирование Скадовск, Караджа, Очаков и частично Евпатория).

При организации прорыва обороны противника исключительно важное значение приобретали вопросы организации артиллерийского наступления с сосредоточением к участкам прорыва максимального количества орудий и минометов. На направлениях главного удара 51-й и Приморской армий плотности достигали 200–258 орудий и минометов на один километр участка прорыва, а во 2-й гвардейской армии — 180. Продолжительность артиллерийской подготовки планировалась во 2-й гвардейской армии 2 часа, в 51-й и Приморской — 1,5 часа.

В период подготовки к штурму авиация 8-й воздушной армии и Черноморского флота действовала очень интенсивно, нанося удары по войскам, оборонительным сооружениям и огневым средствам врага. С 19 апреля по 5 мая было произведено 8200 самолето-вылетов, в том числе 3213 ночных{414}. [247] В этот же период авиация дальнего действия шесть раз бомбила район порта и железнодорожной станции Севастополя, совершив 500 самолетовылетов. 628 самолето-вылетов наша дальняя авиация произвела по портам Констанца и Галац, через которые шло снабжение севастопольской группировки врага.

В 10 часов 5 мая артиллерия 2-й гвардейской армии открыла огонь. Два часа она громила оборону противника. Авиация 8-й воздушной армии нанесла бомбардировочные и штурмовые удары по огневым средствам, не досягаемым артиллерией. Всего за сутки было произведено 1332 самолето-вылета{415}. В это же время 51-я и Приморская армии в своих полосах действиями отдельных отрядов демонстрировали атаку{416}.

В 12 часов дня войска армии перешли в наступление. 13-й гвардейский корпус (24-я и 33-я гвардейские стрелковые дивизии) к 19 часам захватил вторую, а местами третью траншеи противника, продвинувшись до 1–2 км. Бои носили очень упорный характер.

Командующий армией решил с утра следующего дня ввести в бой вторые эшелоны корпусов и развивать наступление.

В полосе 13-го гвардейского стрелкового корпуса за ночь была подведена к переднему краю 87-я гвардейская стрелковая дивизия в готовности к развитию наступления вместе с дивизиями первого эшелона.

Утром 6 мая войска армии возобновили атаку. Встречая организованное сопротивление врага, они к исходу дня лишь местами смогли продвинуться до одного километра. Несколько большее продвижение имела в этот день 347-я стрелковая дивизия 55-го стрелкового корпуса.

Наступление 2-й гвардейской армии, несмотря на ограниченный успех, приковало внимание противника к этому участку. Враг перебросил в полосу 2-й гвардейской армии часть сил из полосы 51-й и Приморской армий, в том числе значительную часть зенитной артиллерии.

В ночь на 7 мая 8-я воздушная армия и авиация дальнего действия бомбардировали объекты противника в полосах 51-й и Приморской армий. Всего было произведено 885 самолето-вылетов, сброшено 373 т бомб. В 9 часов 7 мая в этих армиях началась артиллерийская подготовка. В это же время по противнику наносила удары авиация 8-й воздушной армии, совершившая 1460 самолето-вылетов{417}. Основными объектами действий авиации являлись войска, огневые средства и инженерные сооружения на Сапун-Горе, на высотах северо-восточнее Карань, а также резервы врага. [248]

В 10 часов 30 минут 7 мая началась атака. С первых же минут завязались кровопролитные бои. Особенно тяжелыми они были в районе Сапун-Горы.

Штурм Сапун-Горы — одна из блестящих страниц в летописи Великой Отечественной войны. Из поколения в поколение будет передаваться волнующий рассказ о том, как героически, с непоколебимым мужеством и упорством шли на штурм воины 63-го стрелкового корпуса, которым командовал генерал-майор П. К. Кошевой, и 11-го гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-майора С. Е. Рождественского.

На смежных флангах этих корпусов, в самом центре Сапун-Горы, действовали 77-я стрелковая дивизия полковника А. П. Родионова и 32-я гвардейская стрелковая дивизия полковника Н. К. Закуренкова. Правее 77-й стрелковой дивизии наступали 267-я и 417-я стрелковые дивизии, а левее 32-й гвардейской дивизии — 2-я гвардейская и 414-я стрелковые дивизии.

Первая атака частей этих дивизий увенчалась лишь ограниченным успехом: была захвачена только первая траншея противника. Но из второй враг продолжал оказывать сопротивление. С Сапун-Горы в упор били вражеские пушки и пулеметы, движение вперед преграждал ливень автоматного огня.

По указанию командующего фронтом 8-я воздушная армия нанесла повторный удар по Сапун-Горе. Командиры 63-го и 11-го гвардейского корпусов приказали выдвинуть вперед штурмовые группы. В 14 часов были введены в бой вторые эшелоны дивизий. Артиллерия прямой наводкой вела огонь по дзотам противника.

Несмотря на яростное сопротивление гитлеровцев, наши части упорно шли вперед. Еще в период подготовки к штурму в подразделениях лучшим бойцам были вручены красные флаги с задачей водрузить их на гребне Сапун-Горы. Знаменосцы выбывали из строя, но красные флаги, передаваемые из рук в руки под ураганным огнем противника, неуклонно продвигались вперед, звали за собой на подвиг бойцов, штурмовавших вражеские укрепления. В боях за Сапун-Гору отличились капитан Н. В. Шилов, старший лейтенант П. М. Калиниченко, лейтенанты В. Ф. Жуков и М. Я. Дзигунский, младший лейтенант В. Ф. Громаков, старшина А. М. Фисенко, старший сержант Ф. Н. Скорятин, ефрейтор В. И. Дробязко, рядовые С. П. Евглевский, И. К. Яцуненко, Дадаш Бабаджанов, Ашот Маркарян и многие другие отважные солдаты и офицеры 51-й и Приморской армий.

В 19 часов 30 минут 7 мая части 77-й и 32-й гвардейской дивизий вышли на гребень Сапун-Горы. К исходу дня мощный опорный пункт гитлеровцев был в руках советских войск. 3-й горнострелковый корпус под командованием генерал-майора А. А. Лучинского и 16-й стрелковый корпус генерал-майора К. И. Провалова в этот день продвинулись немного. [249] Встречая сильное огневое сопротивление противника и его контратаки, они захватили две, местами три траншеи врага.

Главным итогом ожесточенного сражения в течение 7 мая был захват Сапун-Горы — ключевой позиции в обороне противника в полосе 51-й и Приморской армий. С ее овладением устойчивость обороны противника была нарушена. Наши войска получили возможность развивать удар непосредственно на Севастополь.

Советское командование немедленно использовало благоприятные возможности для решительного наращивания усилий. С этой целью в бой был введен 10-й стрелковый корпус 51-й армии, который в течение ночи на 8 мая выдвинулся на левый фланг 63-го стрелкового корпуса и 8 мая принял участие в наступлении. В составе 10-го стрелкового корпуса имелись 91, 216 и 257-я стрелковые дивизии, причем в первом эшелоне вводились 216-я и 257-я дивизии.

8 мая стало важным днем в штурме Севастопольского укрепленного района.

В полосе 2-й гвардейской армии еще ранее выдвинулась несколько вперед 347-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора А. X. Юхимчука, что создало благоприятные условрш для развития удара в направлении Мекензиевы Горы. Поэтому командующий армией дал указание в ночь на 8 мая перегруппировать часть сил 13-го гвардейского стрелкового корпуса к правому флангу 55-го стрелкового корпуса.

К 3 часам 8 мая перегруппировка завершилась, и передовые отряды начали немедленное наступление, а в 7 часов атаковали врага и главные силы армии. К исходу дня Мекензиевы Горы были взяты и войска 13-го гвардейского и 55-го стрелковых корпусов достигли Северной бухты{418}. Вся северная группировка противника в составе 50-й немецкой пехотной дивизии и 2-й горнострелковой дивизии румын была отсечена от главных сил врага и прижата к морю.

В полосе 51-й армии враг был оттеснен к внутреннему обводу Севастополя.

Войска Приморской армии в этот день на правом фланге силами 11-го гвардейского стрелкового корпуса также вышли к внутреннему обводу Севастополя, а на левом фланге 3-й горнострелковый и 16-й стрелковый корпуса продвинулись от 2 до 5 км, завершив прорыв главной полосы обороны и овладев населенным пунктом Карань и горой Кая Баш{419}. Создались благоприятные условия для развития удара в направлении мыса Херсонес. В связи с этим по указанию командующего фронтом 19-й танковый корпус в ночь на 9 мая выводился в исходный район с задачей с утра 9 мая войти в сражение в полосе 3-го горнострелкового корпуса и развивать удар в направлении бухты Камышевой{421}.

С 9 мая начался заключительный этап борьбы за Севастополь. В ночь на 9 мая авиация дальнего действия, как и в предыдущие дни, нанесла сильные удары по кораблям и транспортам противника в бухтах Северной, Камышовой, Казачьей и Стрелецкой, а также по аэродрому на мысе Херсонес. Самолеты 8-й воздушной армии ночью и утром 9 мая бомбардировали и штурмовали войска, технику и узлы сопротивления врага на окраинах Севастополя, на дорогах и в оврагах, прилегающих к городу.

Противник, несмотря на тяжелое поражение, продолжал упорно сопротивляться, но уже не с целью удержания Севастополя в течение длительного срока, а для того, чтобы обеспечить более или менее планомерную эвакуацию войск. Но эти намерения вражеского командования, как и другие, были сорваны ударами авиации, действиями самолетов, торпедных катеров и подводных лодок Черноморского флота, стремительными наступательными действиями наземных войск.

2-я гвардейская армия в ночь на 9 мая силами стрелкового полка от каждой дивизии продолжала наступление, не позволяя северной группировке противника ни опомниться, ни привести свои части в порядок. В эту ночь в районе Северной косы был высажен десантный отряд в составе стрелкового батальона 387-й стрелковой дивизии. Высадку обеспечивали саперы 43-й инженерно-саперной бригады. Внезапным ударом десант уничтожил вражеский гарнизон и захватил два исправных катера. Высадка и смелые действия десантного отряда сыграли важную роль в ликвидации северной группировки противника и овладении северной стороной Севастополя. Уже к 8 часам утра 9 мая эта задача была успешно выполнена.

Выход советских войск на побережье Северной бухты на всем ее протяжении имел чрезвычайно важное значение. Тылы вражеской группировки, оборонявшейся в Севастополе, сразу оказались под угрозой. Артиллерия 2-й гвардейской армии прямой наводкой била по огневым средствам, живой силе и транспортам противника в районе Южной бухты, а также в бухте Стрелецкой.

Под прикрытием огня более чем 600 орудий, находившихся на берегу Северной бухты, наши части начали ее форсированно. Первыми бухту преодолели два полка 24-й гвардейской стрелковой дивизии под командованием полковника Г. Я. Колесникова{421}, а в это же время бухту с юго-востока обошли части 87-й гвардейской дивизии, которой командовал полковник К. Я. Тымчик, и соединения 55-го стрелкового корпуса генерал-майора П. Е. Ловягина. Они ворвались в слободу Корабельную и быстро вышли к Южной бухте.

51-я армия также продолжала наступление ночью на 9 мая специально выделенными полками от каждой стрелковой дивизии. С утра перешли в наступление и главные силы. Соединения 1-го гвардейского корпуса генерал-лейтенанта И. И. Миссана днем во взаимодействии с войсками 2-й гвардейской армии овладели слободой Корабельной, а 63-й и 10-й стрелковые корпуса к 15 часам дня ворвались в юго-западную часть города. 257-я стрелковая дивизия 10-го стрелкового корпуса, обходя город с юга, завязала бои за слободу Туровку.

К исходу 9 мая город русской славы, героический Севастополь, был полностью освобожден нашими войсками. В ознаменование этой замечательной победы был издан приказ Верховного Главнокомандующего и в Москве прозвучал салют из 324 орудий.

Источник

Страницы: 1 2