С именем грузинских миссионеров связана и последующая христианизация осетин, проходящая под руководством русского правительства в XVIII в.

…. В 1745 г. православная миссия во главе с архимандритом Пахомием прибыла в Осетию и основала в районе с. Майрамадаг Осетинское подворье. Затем она развернула широкую миссионерскую работу среди осетин в городах Кизляре и Моздоке. Однако, очевидцы весьма критически отзывались о миссионерской работе среди осетин: «Все их обращение ограничивается крещением; они находили для этого много охотников, т. к. многие повторили этот обряд вследствие того, что окрещенным выдавалось за счет государства 12 аршин грубого полотна на сорочки и штаны, две высушенные севрюги и один латуневый крест» ; «Желание получить эти дары было так велико, что некоторые крестились по нескольку раз, переменяя для этого свое имя и переходя из своего прежнего местожительства в другое» . ..

… Главным выражением почтения к Богу у осетин является молитвенная трапеза, «кувд». То, что европеец назвал бы тостами, за осетинским столом имеет характер молитвенных речей, порядок которых строго предопределен. Первая такая речь всегда произносится во славу Великого Бога (Штыр Хусау), вторая — во славу покровителя Осетии св. Уастырджи (святому Уастырджи в православной традиции соответствует св. Георгий).

Кувд — моление, включает и обряд кровавого жертвоприношения. Для жертвоприношения осетины режут быка или барана. В дзуарах, перед тем, как зарезать жертвенное животное, по его голове проводят крестообразно огнем. Приносящий жертву, перекрестившись, режет животное, стараясь при этом, чтобы струя крови попала не на землю, а в подставленную посуду или специально вырытую для этого яму. Сваренное жертвенное животное разрезается на куски, а его голова кладется на отдельную тарелку. На столе также обязательно должны присутствовать три жертвенных пирога. По осетинским обычаям, каждая семья в течение года должна была устроить хотя бы один кувд. Традиция кувдов, порицаемая в советское время, в настоящее время традиция возрождена. Объявления о семейных кувдах, призывающие всех представителей фамилии собраться вместе в определенный день, печатают районные газеты. Семейные кувды, как правило, проходят в мае-июне на специально отведенных для этого полянах. По сообщениям очевидцев, в 1878 г. для участия в кувде новопереселенцев из Дигории в станицу Черноярскую был приглашен священник С. Машитов. Кувд проходил за станицей, под деревом. Во время кувда священник увидел, что на дереве висели десятки черепов животных. Дигорцы объяснили священнику, что они верят в святость голов приносимых в жертву животных. Машитов, нарушая проведение кувда, начал говорить собравшимся о том, что такое верование является грехом.

Собравшиеся потребовали от священника не осквернять проведение молитвенного собрания, однако, С. Машитов схватил палку и стал сбивать черепа с дерева. Такое осквернение народной святыни вызвало большое возмущение среди населения; народ ждал, что Бог покарает священника. Автор «Терского сборника», рассказавший об этом случае в 1903 г., констатировал: «Как ни груб был прием, употребленный священником Машитовым для подавления суеверия, тем не менее он имел успех, и теперь черепа приносимого в жертву скота уже не вешаются на деревья» . Однако, в 2000-2001 г., во время полевых исследований в Дигории (Ирафский район Северной Осетии), автор видел, что спустя сто двадцать лет народная традиция мало изменилась. По прежнему, население Дигории, в том числе и в мусульманском анклаве, собирается на больших полянах на свои родовые кувды. И на больших деревьях, как и раньше, развешивают черепа жертвенных животных. Кроме родовых, поминальных и кувдов по случаю больших праздников, в отдельных местностях существовала свои традиционные кувды.

 В Дигории исследователи начала ХХ в. наблюдали отправление домашнего кувда «бундори кувд» или «кувд нафаткак». Суть его заключалась в приношении жертвы домовому, могущему, по представлению дигорцев, принести семье как счастье, так и несчастье. Кувд этот устраивался каждой семьей втайне от других. Вечером мужчины резали барана и варили жертвенное мясо, женщины готовили пироги и ставили все это на стол. С наступлением темноты, вся семья выходила из комнаты, в которой был накрыт жертвенный стол. Таким образом комната была освобождена для того, кому приносилась жертва. Горцы считали, что если домовой принимает подношение, то он должен прикоснуться к пище. Через некоторое время кто-либо из мужской половины семьи входил в комнату и указывал на какое-либо из блюд, сдвинутое, по его мнению, домовым с места. Тогда объявлялось, что хранитель дома принял жертву. В следующей за этим трапезе могли принимать участие только члены семьи. Оставшиеся кости тщательно собирали и закапывали в землю.

Источник http://www.ossetians.com/rus/news.php?newsid=926


Несмотря на богатый материал и наличие большого количества научных работ, освещающих различные компоненты системы религиозных взглядов осетин, исследователи часто дают противоположные оценки. В исследованиях архаичных форм религиозных воззрений осетин поражает разнообразие терминов, которыми определяются верующие осетины: «забывшие христианство иноверцы», «язычники», «полуязычники», «слабые в вере христиане», «приверженцы нецерковной обрядности» и их религия: «язычество», «двоеверие», «дохристианская религия», «народные верования», «традиционные верования», «национальная религия осетин», «православно-языческий синкретизм». Это далеко не полный перечень определений, используемых исследователями (Иосиф [15], Иоанн Болгарский [16], И.А. Гюльденштедт [4], А.В. Дирр [17], Г-Ю. Клапрот [7], В.Б. Пфафф [18], В.Ф. Миллер [19], Д.Кравчинский [20], А.Х. Магометов [21], Б.А. Калоев [22] и др.) с XVIII века по настоящее время. Для определения дохристианской и домусульманской религиозной системы в науке используется, с некоторыми оговорками, термин «язычество». По отношению к осетинам впервые данный термин употреблен в 1780 году главой Осетинской духовной комиссии Иоанном Болгарским. После он стал встречаться в трудах российских дореволюционных ученых от И.А. Гюльденштедта до В.Ф. Миллера, а через них – и в работах современных исследователей.

Однако ни в одном из них не уточняется содержание, вкладываемое в данный термин. Обычно исследователи исходят из того, что язычество «предполагает и многобожие, и приношение жертв» [23].

…. Осетины признают только одного Бога – «Хуыцау / Хуцау»-а. Он не только «великий Бог» («стыр Хуыцау / устур Хуцау»), но и единственный («иунæг Хуыцау / еунæг Хуцау»), не имеющий равных – «æмбал кæмæн нæй / æмбал кæмæн нæййес» (букв. «кому нет равного»). Остальные небожители воспринимаются не как Боги, а как ангелы («зæдтæ / изæдтæ») или архангелы («дауджытæ / идаугутæ»). У осетин существует и понятие «святой» («уас»), но оно также не нарушает иерархию сакрального. То, что отношение осетин к своим ангелам и святым противоречит в некоторых случаях канонам ислама и христианства, ни в коей мере не предполагает исповедание многобожия. Приношение жертв также – не показатель язычества. Одним из столпов ислама является справление праздника «Курбан-байрама», в основе которого – жертвоприношение. Жертвоприношение не чуждо и христианству.

Таким образом, термин «язычество» в таком понимании неприемлем к определению современной религиозной системы осетин. Употребляя термин «язычество» по отношению к традиционной религии осетин, мы должны, скорее всего, рассматривать его как понятие, выражающее комплекс первобытных воззрений, верований, обрядов, идущих из глубин тысячелетий и послуживших основой современной синкретической религиозной системы осетин. Изучая истоки религиозных верований осетин, нетрудно разглядеть в них пережитки почти всех древних форм религии. Так, многочисленные примеры из быта и фольклора свидетельствуют о значительном распространении среди народа в прошлом тотемических верований – веры в происхождение людей от животных – покровителей, которым они поклонялись или почитали их, а также связанные с тотемизмом суеверные представления о некоторых птицах (ласточке, удоде, вороне, сове и др.). Определенное место в древних верованиях осетин занимал фетишизм. [26: 470-472]. «Каждая семья имеет свой уважаемый предмет, которого втайне боится и которому оказывает глубокое уважение», – отмечал Н.Ф. Дубровин [28]. Зороастризм возник как религия мирных скотоводов-пастухов Восточного Ирана. Но когда он был возведен в государственную религию Ахеменидов и в этом качестве вернулся к восточным иранцам на острие меча персидского солдата, они от него отшатнулись. Маздеизм проделал тот же путь, что христианство: от религии бедных к государственной религии. Свободолюбивые народы Восточного Ирана, ненавидевшие персидский абсолютизм, стали с неприязнью относиться и к насильственно насаждаемой им религии. Цитаделью маздеизма стала Персия, сперва ахеменидская, позднее сасанидская. Но была одна группа иранских племен, которая с начала и до конца оставалась чужда зороастризму — маздеизму. Мы имеем в виду скифские (массагетские, сакские) племена.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7