В своей книге «Открыватели земли крымской» Василий Георгиевич Ена с сыновьями Александром и Андреем по праву называют «ученым-первоисследователем» природы Крыма именно Василия Зуева.
Привычным обликом академика сейчас является некий вальяжный, седой и зачастую отнюдь не блещущий здоровьем дедуля. А ведь первым русским академикам приходилось не только сочинять оды и устраивать фейерверки для императорского двора.
Их посылали с горсткой казаков открывать руды в Сибирь и картографировать арктическое побережье, собирать зоологические коллекции высокогорий и пустынь, с риском для жизни изучать обычаи народов на вновь завоеванных землях.
Василий Зуев начал свои академические экспедиции вовсе не Василием Федоровичем, а гимназистом из гвардейских детей — Васькой. 13 летний мальчишка фактически был переводчиком в исследованиях и экспедициях академика Петра Симона Палласа (впрочем, также достаточно молодого тогда человека), а в 19 лет по поручению Палласа Василий Зуев выполнил самостоятельно исследования Северного Урала.
В Крыму лишь небольшая карстовая пещера Зуева в 1.5 км к западу от села Межгорье (Баксан) хранит это славное имя.
Как указано в книге «Открыватели земли крымской», группа студентов географического факультета Симферопольского государственного университета, изучая бассейн речки Бурульча, летом 1982 открыла карстовую полость глубиной 40 м. В честь 200 летия экспедиции Зуева 1782 года в Крым пещера была названа его именем.

В Крым Василий Зуев был направлен в возрасте 27 лет для всестороннего изучения природы и хозяйства. Это было в опаснейшие времена, когда вопрос о присоединении Крыма к России еще не был решен. В состав экспедиции кроме руководителя входили еще студент, рисовальщик и стрелок «для стреляния птиц и зверей».
Среди прочих наблюдений Зуева чрезвычайно интересно первое научное описание традиционной крымской системы водопользования через устройство арык-баши:

  • «Татара избирая себе места для жития обыкновенно или в долинах, или по косогорам, и не взирая на то, есть ли тут вода или нет, от вершин рек, или с высоты реки положению их деревни равной прокапывают по горе в сторону, сколько бы верст до их деревни ни было, каналец в аршин более или менее шириною, и оным отводят часть реки к своему жилищу, дому или мельнице, а от них отводят таким же образом другие, прокапывая такой же каналец для себя, так что река, которая б была всегда велика и глубока, и истекала б вся в море, ныне остается в земле и служит разсеянным по горам и косогорам Татарским домам каждому напоением, произведением в действо небольших мельниц и проч. а сим самым простому народу отведенной канал в сношении к настоящей речке кажется будто она течет к верьху; и справедливо, в иных местах отведенный канал на одной версте течет уже несколько сажен выше в параллеле с начальною речкою. Столь круто падение Крымских рек!»

ВЫПИСКА ИЗ ПУТЕШЕСТВЕННЫХ ЗАПИСОК ВАСИЛЬЯ ЗУЕВА, КАСАЮЩИХСЯ ДО ПОЛУОСТРОВА КРЫМА 1782 года

Прежде чем цитировать официальные материалы об академике Зуеве, пару слов о происхождении этой славной «птичьей» фамилии. Фамилия это поморская и тесно связана с культурой Русского Севера. Зуй, зуек — небольшая морская птичка, очень подвижная, вертлявая. Во всяком случае, первая морская служба поморских детей — вертеться без отдыха, делать все, что скажут — и куховарить, и драить палубу, и сети тянуть. А придет время играть — лезть на самый верх мачты с другими зуйками наперегонки. Впрочем, из зуйков выходили и в капитаны. А тут вот — целый академик!

из вступления к книге
В. Ф. Зуев. «Педагогические труды«. Издательство Академии педагогических наук, Москва, 1956 г.
(с сокращениями)

Академик Василий Федорович Зуев, географ и натуралист, сыграл выдающуюся роль в развитии педагогических идей в России. Зуев принимал деятельное участие в первоначальной организации русской общеобразовательной школы, был автором первого учебника естественной истории, первым методистом естествознания и наставником первой группы учителей по этому предмету.
Педагогическая деятельность Зуева в годы его жизни не была оценена по достоинству: он даже подвергся преследованию за нее. Позднее она была забыта, и лишь в советскую эпоху, через сто пятьдесят лет после смерти Зуева, его роль в истории русского просвещения получила надлежащую оценку.

Василий Федорович Зуев родился в 1752 г. Он происходил из крестьян Тверской губернии. Отец его был солдатом Семеновского полка, который стоял в Петербурге. Жены солдат-гвардейцев имели право проживать при мужьях в особой слободе, а дети пользовались некоторыми льготами. Вследствие этого Зуев в возрасте 12 лет был принят в гимназию, которая тогда существовала при Академии наук.
Академическая гимназия того времени не отличалась высокими педагогическими достоинствами: учеников держали в «черном теле» и жестоко наказывали. В преподавании процветала зубрежка, причем уроки в младших классах велись на немецком, а в старших — на латинском языках.
Но все же по тому времени академическая гимназия имела и некоторые положительные стороны.
Зуев оказался очень способным учеником и вынес из этой гимназии знание языков, что ему весьма пригодилось впоследствии. Он окончил гимназию в возрасте 16 лет и сразу же был зачислен в состав возглавляемой академиком П. С. Палласом экспедиции, которая направлялась в Восточную Сибирь. Эта экспедиция продолжалась шесть лет (1768—1774), освоила огромный маршрут и оказалась для молодого Зуева незаменимой школой.
Петр Симон Паллас, выдающийся натуралист XVIII в., которого по справедливости ставят на один уровень с Линнеем и Бюффоном, был универсальным ученым. Он занимался зоологией, ботаникой, географией и геологией, а также исследованиями этнографического и экономического характера. Экспедиция изучала животный и растительный мир огромных районов, а кроме того, знакомилась с нравами, обычаями и промыслами живущего там населения.
Само собою понятно, что участие в таком путешествии, да еще под руководством знаменитого ученого было для Зуева своего рода практическим университетом. На третий год путешествия, когда экспедиция была в Западной Сибири, Зуев был уже настолько подготовлен к самостоятельным исследованиям, что Паллас послал его одного, в сопровождении нескольких казаков из Челябинска через Тобольск и Березов в Обдорск (теперь Салехард), который был тогда крошечным поселком на нижней Оби. Из Обдорска Зуев должен был проехать на оленях на берега Ледовитого океана, в район Карской губы.
Целый год продолжалась эта самостоятельная экспедиция Зуева (1771—1772), причем он выполнил свою задачу блестяще, несмотря на то, что ему было только 19 лет. Зуев был первым исследователем, который пересек Северный Урал, со стороны Сибири. Он привез из своего путешествия коллекцию редких птиц, коллекцию морских животных и даже живого белого медвежонка, по которому Паллас впервые составил научное описание этого полярного зверя.
В марте 1772 г. Паллас отправил Зуева в новое путешествие, из Красноярска вниз по течению р. Енисея до самого моря. Это путешествие продолжалось около полугода, причем Зуев добрался до устьевой части Енисея, где теперь раскинулся город и порт Дудинка, а в то время это была совершенная пустыня.

По материалам своей обской и енисейской поездок Зуев написал свои первые научные статьи: об оленях и о быте остяков (хантов) и ненцев (самоедов). Эти интересные работы Зуева были посланы в Петербург и заслушаны в Академии наук, а затем Паллас использовал их при описании своего путешествия, изданного на немецком и русском языках.
Вернувшись из экспедиции Палласа в 1774 г., Зуев получил заграничную командировку на пятилетний срок для «усовершенствования в науках». Таким образом к его опыту полевого натуралиста-путешественника прибавилось знакомство с западной университетской наукой. Сперва он поехал в голландский город Лейден, где обучался в местном университете в качестве студента-медика. (В ту эпоху естественные науки преподавались на медицинских факультетах; отдельных биологических факультетов не существовало.) В Лейдене Зуев занимался анатомией, физиологией, химией, физикой и естественной историей. Затем он переехал в г. Страсбург, который принадлежал тогда Франции. Страсбургский университет, где преподавание велось на французском языке, славился своими научными силами. Особое влияние имел на Зуева зоолог Иоганн-Фридрих Герман, многосторонний ученый, который проводил на своих лекциях идею родственной связи между отдельными группами животных с постепенными переходами между видами, другими словами, вносил в свой курс элементы трансформизма.
В Страсбурге Зуев изучил французский язык, притом так хорошо, что, позднее стал употреблять его в своей личной переписке.
Вернувшись осенью 1779 г. в Петербург, Зуев представил в Академию наук диссертацию на латинском языке, заглавие которой можно по-русски передать так: «Теория превращения насекомых, примененная к другим животным». В этой работе, которая долго оставалась неизвестной и изучена лишь в наше время, автор проводит мысль о всеобщей изменчивости в природе, причем в животном мире эта изменчивость выражается в форме метаморфоза, особенно ясно выраженного в царстве насекомых.

Однако слишком смелые воззрения молодого ученого не встретили сочувствия у академиков и показались им излишними. Зуеву пришлось заменить эту диссертацию другой — о перелете птиц, которая и получила одобрение академической конференции 12 октября 1779 г. Зуеву было присвоено звание адъюнкта Академии наук, и с той поры началась его самостоятельная научная деятельность в Академии.
На первых порах Зуев стал приводить в порядок зоологические коллекции академической кунсткамеры, основанной еще Петром I и представлявшей собою обширное и пестрое собрание всевозможных редкостей из трех царств природы. Зуев вплотную занялся ихтиологией, причем описал на латинском языке несколько редких видов рыб, неизвестных до того в науке. Однако это занятие не удовлетворяло его, и он искал работу, более отвечавшую его склонностям полевого исследователя.
Такой случай вскоре представился. В 70-х годах XVIII в., после войны с Турцией, Россия получила обширные области в районе Черного моря. В 1779 г. близ устья р. Днепра начал строиться новый город и порт Херсон, который должен был служить одним из опорных пунктов растущей черноморской торговли. Экономические и политические интересы России требовали научного изучения нового края. Академия наук не могла остаться чуждой этим требованиям и ответила на них организацией исследовательских экспедиций на юг России. Одна из таких экспедиций была направлена в 1781 г. в Херсон, а затем — на Крымский полуостров, который тогда еще не был присоединен к России.

Страницы: 1 2 3 4 5