Это дополнительный материал к обзору Гений места: Иван Константинович Айвазовский и Феодосия.

Два родственника Ивана Айвазовского, две личности, очень характерные  для Крыма и Российской империи.

Константин Арцеулов (слева на коленях у отца) был младшим внуком художника-мариниста И.Айвазовского. В 1910 году пытался поступить в Академию художеств, но как только в Петербурге открылась школа пилотов, записался в нее.

Константин Арцеулов (слева на коленях у отца) был младшим внуком художника-мариниста И.Айвазовского. В 1910 году пытался поступить в Академию художеств, но как только в Петербурге открылась школа пилотов, записался в нее.

«В начале 1920-х поэт Максимилиан Волошин и знаменитый крымский летчик Константин Арцеулов шли пешком из Коктебеля в Феодосию.

По дороге Арцеулов рассказывал поэту о восходящих потоках воздуха и полетах планеров (безмоторных летательных аппаратов). И предложил подняться на хребет Узун-Сырт (нынешняя гора Клементьева). Когда поднялись, дул свежий бриз.

Арцеулов выпустил из пальцев лист бумаги — тот плавно взмыл вверх. Восхищенный Волошин бросил навстречу ветру свою широкополую шляпу — и она осталась парить в воздухе. Для Волошина это стало волшебным открытием, Арцеулов же давно интересовался планеризмом — свой первый планер он построил в 13 лет! — и давно присматривался к этому месту.

Как вспоминал сам Константин Константинович, «целыми днями бродил я по горам восточного Крыма, наблюдая парящий полет грифов и выискивая подходящее место для опытов с планером… В 1916 году я… с воздуха еще раз обследовал горы, удобные для парящих полетов. Узун-Сырт я счел для этого лучшим. Когда в 1923 году в Москве решался вопрос о месте всесоюзных планерных испытаний, я, не задумываясь, предложил Коктебель. Надо сказать, что в то время мало кто знал о возможностях парения на планерах.

Считали, что с горы можно спланировать только вниз и чем выше гора, тем дальше и дольше будет полет. Можно представить себе удивление и разочарование планеристов, когда они вместо „высоченных крымских гор“, о которых знали по слухам, увидели пологие плоскогорья Коктебеля! В Москву полетели доклады об „огромной ошибке“, допущенной председателем оргкомитета Арцеуловым в выборе места испытаний». Однако очень скоро стало ясно, что никакой ошибки нет. А в 1925-м побывавшие в Крыму немецкие спортсмены заявили, что найденная Арцеуловым гора — лучшее место в Европе для полетов на планерах

Российская боевая авиация создавалась в Севастополе (понятно, что и в Санкт-Петербурге, и в Одессе), но первые 10 летчиков были морскими офицерами Черноморского флота. Маринист и романтик Иван Айвазовский имеет к этому весьма замечательное отношение. И нет в нем ничего особенно армянского, а есть общий стиль великой многонациональной империи. Огромная семья, в центре которой находился Иван Айвазовский как самый известный, влиятельный и богатый человек, отличалась смелостью творчества. «Админресурс» и «мажорность» зятья, родственники и потомки великого художника использовали на благо России.

Еще в 1874 г. в статье «К вопросу о воздухоплавании» Николай Андреевич Арендт, симферопольский врач, писал, что летание следует рассматривать как искусство, которым должно овладевать на практике, воспользовавшись опытом полета птиц, учиться у них. Основываясь на своих многолетних наблюдениях и исследованиях, Арендт разделяет полет птиц на следующие этапы:

1) взлет, требующий максимальной затраты сил (взмах крыльев);
2) горизонтальный полет с минимальной затратой энергии или вовсе без нее;
3) посадку, требующую больше искусства, нежели приложения силы.

Анализируя эти три этапа полета, он приходит к выводу, что для овладения искусством полета наиболее осуществимым и интересным является планирующий полет. И приводит доказательства, описывая опыты с различными моделями.

В книге Арендт вновь указывает пути и предпосылки создания планера, т. е. аппарата, с помощью которого можно овладеть планирующим и парящим полетом. Дает и краткие указания по строительству специального тренажера для обучения пилота планирующему полету. А завершает книгу такими мыслями: «Не подлежит сомнению, что парить (т. е. летать) возможно, и не имея собственною двигателя, и как высшую степень развития искусства летания нужно считать такое летание, при котором человек мог бы, по примеру искуснейших парильщиков, обходится одними только силами тяготения, сопротивления воздуха и ветра».

«Однако из этого вовсе не следует, что те авиационные машины, которыми человеку придется действительно пользоваться, не должны быть вооружены и собственными двигателями. Напротив того, наличие двигателя, который тянул или толкал бы воздухоплавательную машину…, должно в значительной мере упростить и облегчить задачу, выпадающую на долю умения самого воздухоплавателя».

Идея Арендта о переходе от планера к самолету (иначе говоря, человек может лишь тогда садиться за управление самолетом, когда научится летать на планере) была подтверждена всей последующей историей развития авиационного дела.

Первый в мире самолет А. Ф. Можайского (испытания проходили в 1883 г.) только оторвался от земли, но из-за явной нехватки запаса мощности двигателя тут же упал на крыло. Но даже если бы и был запас мощности у двигателя, пилот вряд ли справился бы с управлением машиной — ведь опыта управления летательным аппаратом в воздухе он не имел!

То же самое, но гораздо позже (1890 и 1897 г.) произошло с «авионами» француза Адера, снабженными уже достаточно сильными двигателями. Их полеты кончались поломками из-за неуправляемости аппаратов. Подобная же история случилась и с самолетами англичанина Максима (1894). А вот американцы братья Уилбер и Орвил Райт поставили на свой планер двигатель лишь после того, как научились летать на безмоторном аппарате. В результате им удалось создать первый в мире удачно летавший самолет (в декабре 1903 г. они совершили первый полет, длившийся всего 59 секунд).

В 1888 г. в симферопольской типографии Спиро вышла кита Н. А. Арендта «О воздухоплавании, основанном на принципах парения птиц». А уже 15 октября того же года «дозволено цензурой» 2-е издание книги (вышла в 1889 г.). Второе издание было автором несколько расширено: описан более тщательно разработанный вариант тренажера и учебного летного прибора к нему, гораздо четче сформулированы мысли об «искусстве летания», о переходе от планера к самолету.

В самом начале книги автор пишет: «Предлагая настоящую заметку, я имел в особенности в виду, что в ней речь идет об искусстве летать»». И действительно, все ее содержание подчинено рассмотрению проблем парящего и планирующего полета. Но обратим внимание на то, что свой главный труд автор называет «заметкой». Это красноречиво характеризует его чрезвычайную скромность. А ведь многие положения, высказанные Арендтом в этой книге, не устарели и в наши дни, и он заслуженно считается основоположником теории планеризма.

В год второго издания книги Арендта в Германии вышла книга О. Лилиенталя «Полет птиц как основа искусства летания». Многие из идей этой книги Арендт изложил еще в 1874 г. в статье «К вопросу о воздухоплавании», т. е. пятнадцатью годами раньше. Но в то время, как Арендт безуспешно доказывал актуальность и важность своей теории. Лилиенталь уже совершил первые полеты на своих планерах. Но, тем не менее, приоритет Арендта неоспорим.

НИКОЛАЙ АНДРЕЕВИЧ АРЕНДТ (1833-1893)
Доктор медицины, основоположник на­уки о планеризме. Родился в Симферо­поле, в семье потомственного медика, штаб-лекаря странноприимного дома А.Ф.Арендта — родного брата лейб-медика царского двора Н.Ф.Аренд­та, пытавшегося спа­сти Пушкина после дуэли. Николай Арендт окончил с от­личием Симферопольскую гимназию, а затем — Петер­бургскую медико-хирургическую ака­демию. Более 30 лет прослужил в земс­кой больнице Симферополя. Человек передовых взглядов, он оказывал помощь народоволь­цам, скрывал А. Желябова, в доме Арендтов бывала С. Пе­ровская.

Арендт исследовал возмож­ность полета человека на кры­льях. Перу ученого принадлежит книга «О воздухоплавании, основанном на принципах парения птиц», где он обосновал и раз­вил идею безмоторного поле­та. Арендт создал конструктор­скую разработку планера, на­званного им «летательным сна­рядом».
«Если человек не мог до сих пор летать по воздуху при по­мощи крыльев за неимением достаточной силы, то почему же ему не подражать орлу, умею­щему летать без затраты соб­ственной силы?», — писал он в 1874 г. С просьбой принять про­ект и оказать денежную помощь в постройке первого в мире пла­нера Арендт в 1876 — 1877 гг. обращался к главному инженер­ному управлению и к военно­му министру, но получил отказ. В 1888 г. он, окончательно разорившись (дом был продан с молотка), переехал на Южный берег Крыма. Поселился близ Ялты, в Иссарах, на даче «Мега-фули», вблизи водопада Учан-Су, и продолжал свои опыты. Его идеями о воздухоплавании заинтересовались п. Е. Жуковский, Русское техническое общество в Петербурге, Французское об­щество воздушной навигации.
Николай Арендт похоронен на Ялтинском мемориальном кладбище на холме Поликур.

Константин Арцеулов, официальная биография

Константи́н Константи́нович Арцеу́лов (17 (29) мая 1891, Ялта — 18 марта 1980, Москва) — русский и советский лётчик, художник-иллюстратор, внук российского художника Ивана Константиновича Айвазовского.

Биография
Родился в семье потомственного моряка Константина Арцеулова (сына Николая Арцеулова) и Жанны Арцеуловой, дочери Ивана Айвазовского.

Учился в Морском кадетском корпусе (1906—1908), затем работал на авиационном заводе С. Щетинина в Петербурге, одновременно учился в лётной школе и занимался планеризмом. На планёрах собственной конструкции поднимался в воздух. В 1911 году получил диплом пилота-авиатора. В 1912 году — инструктор в Севастопольском аэроклубе.

Участник 1-й мировой войны, в начале её служил в кавалерии, командовал взводом, прапорщик. В 1915 году сдал экзамен на военного лётчика. Затем служил в 18-м корпусном авиационном отряде, совершил около 200 разведывательных полётов. С 1916 года лётчик 8-го истребительного авиационного отряда, успешно провёл 18 воздушных боёв. В том же году был назначен начальником отделения по подготовке лётчиков-истребителей в Севастопольской школе авиации (гарнизон Кача).

Здесь осенью 1916 года Арцеулов впервые в истории русской авиации намеренно ввёл самолёт в штопор и вывел его из штопора. В дальнейшем эта фигура высшего пилотажа была включена в курс обучения лётчиков-истребителей, что расширило манёвренные возможности самолёта в бою и уменьшило число жертв в авиации.

Награждён орденами Святого Владимира 4-й степени с мечами, Святой Анны 4-й степени и тремя другими орденами.

Февральскую и Октябрьскую революции встретил в Крыму. В 1918 году, выполняя поручение солдатского комитета истребительного отделения, формировал на базе школы 1-й Красный социалистический авиационный отряд. При занятии Крыма Врангелем, как бывший офицер, не явившийся добровольно, был формально мобилизован Врангелем, фактически оставаясь на должности инструктора Качинской авиашколы, числившейся в резерве армии и фактически не действовавшей.

Поддерживал отношения с большевистским подпольем. Когда в ноябре 1920 года Красная Армия подошла к Перекопу и начались бои на перешейке, общим собранием солдат был избран начальником лётной части школы, летал для связи с наступающими частями Красной Армии. С приездом командования был официально зачислен в ряды в РККА, оставшись на той же должности.

В декабре 1920 года получил назначение в 1-ю Московскую высшую школу красвоенлётов (на Ходынке). Одним из его учеников был Валерий Чкалов. В 1923 году испытывал первый советский истребитель И-1 конструкции Н. Н. Поликарпова.

Был пионером советского планеризма, в 1923 году получил диплом пилота-парителя № 1. Разработал и построил 5 планёров собственной конструкции, среди них А-5. В составе советской команды участвовал в соревнованиях планеристов в Германии в 1925 году.

В 1927 году переведён в гражданскую авиацию (Добролёт) для работ в области аэрофотосъёмки и ледовой разведки. Собственноручно провёл аэрофотосъёмку многих удалённых районов страны, участвовал в определении трассы будущего Турксиба.

В 1933 году был осуждён к высылке в Архангельск. Работал мотористом на катере. Реабилитирован в 1937 году.

По причине большого перерыва в лётном стаже на военную службу не вернулся. Занялся художественным творчеством. Был членом Союза художников СССР. Оформил более 50 книг, 240 номеров журнала «Техника — молодёжи», где он был ведущим художником, также иллюстрировал журналы «За оборону», «Крылья Родины», «Юный техник», «Моделист-конструктор». Автор панно в главном зале Центрального дома авиации и космонавтики имени М. В. Фрунзе.

Частью искусствоведов его творчество относится к Киммерийской школе живописи.

Приложение:
Документальный фильм «Дорога в облаках»
Фильм об одном из первых русских лётчиков, конструкторе планеров Константине Константиновиче Арцеулове, жизнь которого связана с важнейшими этапами истории отечественной авиации.
Год выпуска: 1987.
Режиссер: Юлий Файт.
Продолжительность: 00:55:19.