Петр II Алексеевич, будущий император всероссийский (и далекий потомок легендарного вождя из гуннов или скифов!), родился 12 (23) октября 1715 г.
Его мать, Софья-Шарлотта Бланкенбургская умерла через 10 дней после рождения сына, а в возрасте 3 лет он лишился и отца. Дед Петра II, Петр I Великий не уделял внимания воспитанию внука. Юность Петра II прошла довольно беззаботно в обществе молодежи из знатных родов. Особенно близок к будущему царю был молодой Иван Долгоруков. Мальчик с детства был приучен к алкоголю ленивыми няньками из Немецкой слободы, почти не говорил по русски, не получил образования и воспитания. Однако в нем действительно был характер, который удалось показать в сериале. Юный император правил с 11-летнего возраста до смерти от оспы в 14 лет. На нем род Романовых фактически завершился по прямой мужской линии.

Внук Петра Великого Петр II Алексеевич, последний Романов

Внук Петра Великого Петр II Алексеевич, последний Романов

Из сообщений прессы, 2002 год: Его Императорское Величество, белокурый отрок Петр II в небесно-синем бархатной камзоле, поблескивая перстнями, терпеливо обучает Лефорта заморской игре… в “тетрис”. А у князя Ивана Долгорукого, в коем все же проявляются черты Дмитрия Харатьяна, постоянно в кармане звонит сотовый телефон. Снимается кино, в котором переплетается прошлое и настоящее, первый национальный исторический кино-телесериал “Тайны дворцовых переворотов”. Съемки 12-серийного фильма проходят в красивейших местах Москвы – в Кускове, Серебряном бору, Битцевском лесопарке, на Воробьевых горах – там, где перед камерой не отличить век нынешний и век XVIII.

Дмитрий Веркеенко во время съемок Дмитрий Веркеенко во время съемок

Режиссер – одна из лучших профессионалов России (она же соавтор сценария) – Светлана Сергеевна Дружинина.

Роли исполняют многие замечательные звезды нашего кино: Галина Польских, Наталья Фатеева, Николая Караченцов, Сергей Шакуров, Дмитрий Харатьян, Алексей Жарков, Владимир Ильин и многие другие. Во время съемок Светлана Дружинина выкроила минутку, чтобы со мной побеседовать.

— Как вы считаете, что общего в том периоде – первой трети XVIII века – с нашим временем?

— Это годы реформации. Очень похоже на наше время. И мы, ничего не преувеличивая, не приукрашивая, находим исторические моменты, видим в них определенные аналогии сегодняшним дням и пытаемся показать их в образах и подобиях.

— Что бы вы хотели пробудить или подчеркнуть для зрителей этим фильмом?

— Я думаю, что в новом поколении нашего времени потеряна одна очень важная черта – патриотизм, истинная любовь к истории. Без истории нет будущего. Не случайно вся история США отснята на видео. Огромные силы в Америке были брошены на то, чтобы истоки страны можно было показывать детям с малых лет. Играли звезды, банкиры вкладывали бешеные деньги. Вообще все это было на невероятных льготах, с огромной поддержкой всех американцев, чтобы на историческом киноматериале училось поколение и обязательно было влюблено в свою страну. Мы же с трудом пробиваем этот сериал. Я очень хочу, чтобы мой внук Данила, которому 10 лет, все сегодняшние подростки знали и любили все то, откуда они родом, свой дом. Мы снимаем на очень маленькие государственные деньги, нам помогает председатель Госкино А.Н. Медведев. Наш коллектив, заряженный патриотизмом, любовью к делу и Отечеству старается на такие минимальные средства делать это большое кино. Это ведь своеобразный учебник истории.

Для 14-летнего Дмитрия Веркеенко, десятиклассника 279-й московской школы, что находится в районе ВДНХ, участие в съемках “Тайн дворцовых переворотов” в первой своей большой роли – императора российского, подростка Петра II стало учебником истории. Это может стать началом яркой творческой судьбы. Как сказала режиссер С. Дружинина: “Если сравнить большой парадный портрет Петра Алексеевича с этим московским школьником, то есть сочетание внешних и даже внутренних характерных черт”.

Кроме того, режиссер считает, что Дима Веркеенко со временем может стать актером, достойным своих знаменитых партнеров. Дима способен самозабвенно вживаться в трагическую судьбу мальчика-императора, вокруг которого постоянно плетутся дворцовые интриги, которого обманывают мнимые друзья, жестоко идет борьба за власть. Даже девушка, в которую он влюблен, по фильму это красавица Елизавета Петровна, будущая императрица (ее талантливо играет также дебютантка, молодая актриса Екатерина Никитина), и та только притворяется в своей любви.

император Петр II Алексеевич (Дмитрий Веркеенко) и князь Иван Долгоруков (Дмитрий Харатьян)

император Петр II Алексеевич (Дмитрий Веркеенко) и князь Иван Долгоруков (Дмитрий Харатьян)

Участники съемочной группы порой в увлеченности забывали, что они помощники и свидетели всего лишь киношной игры, работы актеров. Они искренне сердятся, ругают героиню Кати Никитиной, чуть ли не плачут вместе с юным артистом…

Сегодня в четырнадцатилетнем мальчике как бы встретились два времени, две роли. С одной стороны, он современный старшеклассник, любитель компьютерных игр, с другой на съемках, он ощущает себя самодержцем государства Российского в далеком XVIII веке. Сегодня такие возможности, когда каждый человек может быть “императором” собственной судьбы, как режиссер Светлана Дружинина, как все участники съемочной группы и все, кто не пасует перед трудностями нашего времени.

Что бы делал Дмитрий, если был бы императором на самом деле? Наверное, привлек бы внимание всех россиян к труду и таланту творческого коллектива “Тайн дворцовых переворотов” и повелел бы: “Пусть все наши подданные знают и любят историю и помогают всемерно тем, кто желает и может ее сохранить”.

Официальная информация о сериале: Тайны дворцовых переворотов. Россия, век XVIII-ый — исторический сериал, на экранах с 2000 года. Съёмки начались в 1995 году, изначально планировалось, что сериал будет состоять из 12 фильмов, по состоянию на конец 2014 года вышло 8 фильмов. Режиссёр Светлана Дружинина говорила о своём фильме как о повести «о нелёгкой женской доле» русских императриц.

Но вернемся к реальной истории юного российского самодержца, не знавшего русского языка

Будущий наследник престола, как и его старшая на год сестра Наталия, не был плодом любви и семейного счастья. Брак Алексея и Шарлотты был следствием дипломатических переговоров Петра I, польского короля Августа II и австрийского императора Карла VI, причём каждый из них хотел получить свою выгоду из семейного союза династии Романовых и древнего германского рода Вельф (династия правителей франков), связанного множеством родственных нитей с правившими тогда в Европе королевскими домами. Чувствами жениха и невесты при этом, естественно, никто не интересовался, как, впрочем, это и практически всегда бывало при династических браках.

  • Первая династия Вельфов, также известная как Старшие Вельфы (нем. Die älteren Welfen), была франкского происхождения. По семейной легенде происхождение рода возводилось к Эдекону, гуннскому или скифскому вождю во времена Аттилы (ок. 450 года), отцу Одоакра. Однако первые документальные упоминания о нём относятся к VIII веку, когда Рутард (нем. Ruthard) после 746 года приобрел владения в районе Мааса и Мозеля. В середине VIII века Вельфы приобрели владения в Верхней Швабии, в Вайнгартене (Альтдорф).

Кронпринцесса Шарлотта надеялась, что её брак с «варварским московитом» не состоится. В письме деду, герцогу Антону-Ульриху, в середине 1709 года она сообщала, что его послание её обрадовало, так как «оно даёт мне некоторую возможность думать, что московское сватовство меня ещё, может быть, ми́нет». Но надежды принцессы не оправдались: свадьба была сыграна в Торгау в октябре 1711 года и поразила всех великолепием стола и знатностью гостей.

Брак принес рождение двоих детей царевича Алексея Петровича, они получили имена «Наталия» (1714) и «Пётр» (1715). Это были имена самого Петра I и его любимой сестры царевны Наталии Алексеевны. Мальчик оказался полным тезкой деда Петра I. Его крестили дед со своей сестрой Натальей. «Так Петр II стал полной антропонимической „копией“ Петра I».

Примечательно, что через 17 дней после его рождения у императора родился уже собственный сын, который также был назван «Петром» (хотя называть ребёнка именем живого предка по прямой линии было не принято). Однако таким образом император демонстрировал преемственность от Петра-отца к Петру-сыну, в обход тёзки-внука. Однако этот «конкурент» скончался в 1719 году.

В связи с неприязненным отношением Алексея Петровича к реформам отца царевич, словно издеваясь над его желанием иметь по-европейски образованных наследников, приставил к сыну двух всегда пьяных «мамок» из Немецкой слободы, которые, чтобы меньше возиться с Петром, подавали ему вино, от которого тот засыпал. После казни Алексея в 1718 году Пётр I обратил внимание на своего единственного внука. Он приказал прогнать нерадивых мамок, а Меншикову повелел подобрать ему учителей.

Вскоре к великому князю были приставлены дьяк Семён Марвин и карпатский русин из Венгрии И. А. Зейкан. По прошествии некоторого времени Пётр I проверил знания внука и пришёл в ярость: тот не умел объясняться по-русски, немного знал немецкий язык и латынь и гораздо лучше — татарские ругательства. Император лично поколотил Марвина и Зейкана, но более достойных наставников Пётр Алексеевич так и не получил. Именно Петр Алексеевич был законным претендентом на российский престол после смерти своего деда. Но Петр Великий нарушил сложившуюся уже систему наследования власти, издав в 1722 г. указ о своем праве назначить наследника.

Во время болезни деда Пётр Алексеевич познакомился с Иваном Долгоруковым, своим будущим фаворитом. Ребёнок часто посещал дом Долгоруковых, в котором собиралась столичная молодёжь из старинных знатных родов. Там же он познакомился со своей тёткой, Елизаветой Петровной. Так начала складываться партия, прочившая Петра Алексеевича в императоры. На встречах в доме Долгоруковых ему объясняли его права на трон Российской империи, а Пётр Алексеевич клялся сокрушить фаворита его деда — Меншикова, который возглавлял оппозицию старинным боярским родам.

Светлейший князь Меншиков, обладавший в тот период немалым влиянием, добился провозглашения императрицей Екатерину 1 (свою бывшую любовницу — «чухонскую прачку«). Первая попытка возвести на трон Петра 2 оказалась неудачной. Впрочем, на протяжении всего царствования Екатерины 1, внук Петра Великого пользовался ее добрым расположением.

Вице-канцлер Остерман предлагал для примирения интересов родовитой и новой служилой знати женить великого князя Петра Алексеевича на цесаревне Елизавете Петровне, дочери Екатерины I. Препятствием служило их недопустимо близкое по церковным канонам родство, Елизавета была родной тёткой Петра (хотя родилась и не от той же матери, что его отец).

Завещание императрицы было составлено в пользу Петра 2. Правление Петра 2 началось 7 (18) мая 1727 г. Меншиков стал регентом при юном императоре. Петр издает составленные Меншиковым манифесты. Первый из них увеличил популярность императора среди простого народа, поскольку списывал старые долги с крепостных и даровал свободу тем, кто был отправлен за их неуплату на каторгу. Второй манифест даровал недоброжелателям Меншикова — князьям Трубецкому и Долгорукову фельдмаршальские жезлы. Бурхард Миних получил не только жезл, но и графский титул. Сам Меншиков стал генералиссимусом.

24 мая (4 июня) 1727 г. 11-летний царь Петр 2 был обручен со старшей дочерью Меншикова — 16-летней Марией. Воспитанием юного правителя занимались А.И. Остерман, Феофан Прокопович, академик Гольдбах, и А.Г. Долгорукий. Несмотря на то, что внешне жизнь царя была вполне благополучной, Петр 2 не любил Марию, не блиставшую умом. и называл ее в письмах «фарфоровой куклой«.

Пётр II не был способен править самостоятельно, в результате чего практически неограниченная власть находилась сначала в руках Меншикова, а затем — Остермана и Долгоруких. Как и при его предшественнице, государство управлялось по инерции. Царедворцы старались следовать заветам Петра Великого, однако консервация созданной им политической системы выявила все заложенные в ней недостатки. Вполне успешными можно считать шаги, подготовившие успехи в войнах с Османской Турцией, в том числе присоединение Крыма, юга Украины (Новороссии) и Молдавии к концу 18 века.

В Лифляндии был введён сейм, а в 1727 году — упразднена Малороссийская коллегия и восстановлено гетманство на Украине. Данное решение было обусловлено необходимостью привязать к российскому правительству украинцев в свете надвигающейся русско-турецкой войны. В Верховном тайном совете Пётр объявил: «В Малой России ко удовольствию тамошняго народа постановить гетмана и прочую генеральную старшину во всем по содержанию пунктов, на которых сей народ в подданство Российской империи вступил». Иными словами, Украина стала подчиняться России по договорённостям, установленным на Переяславской раде. Все дела, касавшиеся Украины, были переданы в ведение Иностранной коллегии.

22 июля был издан указ: «В Малороссии гетману и генеральной старшине быть и содержать их по трактату гетмана Богдана Хмельницкого, а для выбора в гетманы и в старшину послать тайного советника Фёдора Наумова, которому и быть при гетмане министром». Меншиков в секретных пунктах о выборе в сотники и другие чины добрых людей велел дополнить: «Кроме жидов». Гетманом был избран Даниил Апостол.

Вскоре после помолвки болезнь вынудила Меншикова на некоторое время оставить Петра 2. И отношение царя к Светлейшему князю сильно переменилось, помолвка с Марией разорвана. 8 (19) сентября 1727 г. было объявлено о начале самостоятельного правления царя Петра 2. Он переехал в Петергоф, а лишенный всех чинов и должностей Меншиков отправился в ссылку в Ранненбург (Рязанская губерния).

24 февраля 1728 г. молодой правитель был венчан на царство. За влияние на Петра при дворе шла серьезная борьба. Сестра императора, Наталья Алексеевна поддерживала Остермана, Елизавета Петровна, тетка царя, была на стороне Голицыных. Долгорукие пользовались расположением Петра к Ивану Долгорукому. Оставив государственные дела на своего воспитателя Остермана, Петр предавался развлечениям. Важную роль в управлении страной при Петре 2 играл Верховный тайный совет. Положение России в те годы было сложным. Флот Петра 1 был ослаблен отсутствием финансирования, Османская империя и Швеция демонстрировали весьма недружелюбные намерения. Столица была перенесена из Санкт-Петербурга в Москву.
Итогом царствования Петра II стало усиление влияния Верховного тайного совета, в который входили в основном старые бояре (из восьми мест в совете пять принадлежало Долгоруковым и Голицыным).

В 1729 г. объявили о том, что Екатерина Долгорукая новая невеста Петра 2. Назначена дата свадьбы – 6 (17) января 1730 г. Но именно в этот день у царя обнаружились признаки страшной болезни – черной оспы. Далеко идущие планы Долгоруких были разрушены смертью Петра 2. Краткая биография Петра 2 завершилась его смертью 18 января 1730 г.

Теперь о том, насколько удачно вышел в кино этот сложный образ.

Вполне понятно, что все придворные говорят по русски, чего не было и быть не могло.

Дмитрий Веркеенко появился в кино в какой-то степени случайно. Режиссер Светлана Дружинина начала снимать исторический сериал тайны дворцовых переворотов еще в 1998 году. Кино снимали с простоями — не хватало денег. Однажды перерыв затянулся на целых девять месяцев. Когда после возобновления съемок Ваня Синицын, исполнявший роль юного Петра II, появился на съемочной площадке, создатели фильма схватились за голову. За это время из хрупкого мальчика он превратился в усатого юношу. Пришлось срочно икать замену.

Светлана Дружинина рассказывает: «Мы кликнули клич. К нам валом повалили семьи с детишками… И наконец-то судьба улыбнулась нам. Актер и режиссер Семен Морозов порекомендовал мне мальчика, которого снял в одном из сюжетов «Ералаша». Там он не говорил ни слова, зато смотрел на девочку ну о-очень влюбленными глазами. Мальчишку звали Дима Веркеенко. Но когда Дима пришел к нам и заговорил… Типично московский дворовый выговор: быстрая, невнятная скороговорка, короткое дыхание… Я его остановила и спрашиваю: «Ты читал «Ромео и Джульетту»?» Мотает головой: не читал. Я его попросила к следующему разу достать трагедию Шекспира и прочесть мне монолог Ромео в сцене под балконом Джульетты. И вот он приходит снова с громадным томом. Я надеялась, что он выучил монолог и сейчас, что называется, с выражением прочтет его. Но Дима послюнил пальчик, домуслёкал им до нужной страницы и… той же невыразительной скороговоркой прочитал в прямом смысле слова всю поэзию великого Шекспира. Я была в отчаянии! К счастью, сопровождавший его дедушка принес с собой кассету, которую мы тут же и просмотрели. И увидели детей — мальчиков и девочек, участвующих в конкурсе бальных танцев. Вальсы, румбы, танго… Одна из лучших пар — очаровательные девочка и наш Дима Веркеенко! Кассета оказалась судьбоносной. Я поняла, что надо опираться на то, что он умеет делать хорошо. Он очень пластичен и поэтому во втором фильме он появляется в сцене фехтования. Он сражался на шпагах с Володей Ильиным, Димой Харатьяном и после двух-трех дней репетиций вполне освоился. Очень быстро научился ездить верхом. Надо сказать, что с моей легкой руки многие артисты стали прекрасными наездниками. В том числе Саша Домогаров, Сергей Жигунов, Дмитрий Харатьян… И Дима Веркеенко великолепно держится в седле». С роли самодержавного отрока Петра II и началась его актерская биография. Сегодня Дима Веркеенко — студент третьего курса ВГИКа, мастерская Алексея Баталова. Использованные материалы: Наталья Волошина, «В «Тайнах дворцовых переворотов» подменили Петра» (Комсомольская правда 25.12.2003) «Два мальчика на одном троне» (Журнал ТВ Парк 07.03.2002)

Приложение:

ЛЕКЦИЯ: Век дворцовых переворотов. 2000
Историк Владимир Махнач
Дом культуры «Меридиан», Москва. 15.03.2000

Итак, мы поговорим с вами об эпохе, которую я назвал «Эпохой дворцовых переворотов». Она охватывает вообще-то сто лет отечественной истории, ровно сто лет. В 1725 году произошел первый переворот. В 1825 году была последняя попытка переворота. Главным провоцирующим элементом, главным виновником всех этих переворотов был, несомненно, Петр Первый. Его вина заключается во введении принципа завещательного престолонаследия в Российской империи — нелепейшего принципа, согласно которому действующий монарх имеет право избрать себе преемника, принципа непостижимого религиозно, непостижимого историософски, непостижимого юридически и, конечно, противного отечественной традиции.

Бывают разные принципы наследования престола. Есть «династический» принцип, который в свою очередь бывает «майоратным», как у нас в XIX веке, — переход престола от отца к старшему сыну, прежде всего. Династический принцип бывает также «лествичным», как у нас на протяжении долгого Средневековья, — переход стола от брата к брату. Есть «родовой» принцип, когда есть только одно требование к монарху — он должен происходить из царского рода. А кто из царского рода — открытый вопрос. Есть, наконец, «избирательный» принцип. Выборные монархи — не редкость в мировой истории.

В XVII веке мы видим у нас сочетание майоратного династического принципа с выборным. Наследование переходит по старшинству мужской линии, но каждый царь проходит процедуру избрания. Процедура избрания, как мы видели с вами на прошлой лекции, была чем-то омерзительным особе Петра. Потому он упразднил ее явочным путем, просто не созывая земские соборы, и оставил только майоратный принцип, как в Западной Европе, и издал закон о завещательном престолонаследии.

Хоть я и говорил, что Петр — неклассический тиран, что смягчает к нему отношение, он все-таки был тиран и поступал как тиран, не думая о будущем страны, не думая о стратегии, а думая лишь о тактике, думая лишь о том, как избежать перехода престола к его законному, единственному сыну. Собственно, несчастный царевич Алексей Петрович был еще жив, когда Петр издал этот нелепый закон. И у Петра было достаточно времени, чтобы закон отменить или хотя бы частично искупить свою вину, назначив наследником престола все же законного наследника — младенца Петра Алексеевича, своего внука, сына убитого царевича. Петр и того не делает, потому что он надеется заполучить нужное ему дитя от своей второй, сомнительно законной жены, что ему не удается. Все повисает в воздухе, а последнее вам известно. Перед смертью Петр просто не успел назвать наследника. Ну, тут оно и началось!

Кандидатуры были. Первой кандидатурой был опять-таки, конечно, младенец царевич Петр Алексеевич. Но «птенцы гнезда Петрова» были слишком сильны, а сильнее всех был Меншиков, чтобы об этом можно было заговорить. И совершается государственный переворот, еще один. В итоге государственного переворота 1689 года, как мы видели, Петр приходит к власти. А в итоге государственного переворота 1725 года во главе России оказывается императрица редкостно низкого происхождения. Как в мировой истории, честно, не скажу, но для России то небывалый случай. Она находится на низшем полюсе. Более безродных правителей Россия не видывала. Супруга Петра Екатерина оказывается императрицей Екатериной Первой. Переворот совершил ее бывший возлюбленный Меншиков и гвардейцы Преображенского и Семеновского полков. Тогда они были очень серьезной силой, и Екатерина воцарилась.

Ее правление было мягким. Хотя все установления Петра действовали, но в пыточную в общем никого не таскали, Преображенский приказ остался без дел. Перестал соблюдаться, хоть и не был отменен, петровский запрет 1714 года на каменное строительство по всей России за пределами Петербурга. Отменил его в 1728 году Петр Второй, но начиная с 1725 года его уже никто не соблюдал, и строили. Было короткое мягкое царствование. Но Екатерина оказалась болезненной, хоть и была далеко не старой. И Александр Данилыч, желая укрепить свое положение, создал под себя новую государственную институцию. То есть, Меншиков вел себя как Ельцин, который тоже любил под себя учреждения создавать. Меншиков создал «Верховный тайный совет» из 8 членов. Меншиков полагал, что в столь ограниченном кругу он будет главной фигурой. Все-таки с 7 другими членами Совета договориться проще, полагал он, нежели со всем составом господ сенаторов, не говоря уже о генералитете. Не учел Меншиков другого — того, что помимо предельно осторожного до трусости, хотя и весьма не глупого канцлера Головкина (Гаврилы Ивановича), который хотел только безбедно и бестрепетно дожить свою жизнь и более ничего, все остальные люди-то были с амбициями и не менее умны, нежели Головкин и сам Меншиков. То погубило его позднее.

А теперь совершим небольшой экскурс в наследование русского престола в XVIII столетии. Без этой небольшой справки, которую, конечно, легко найти в литературе, вы можете начать не понимать, что же дальше происходило. От первого брака Петра остался его внук от убитого сына — Петр Алексеевич, в будущем император Петр Второй (1728-1730). От второго брака Петра осталось две дочери — Анна Петровна, которую выдали замуж за герцога Голштинского и которая умерла, простудившись, или от родильной горячки через несколько дней после родов своего единственного сына. Ее сын, Петр Федорович в России, сын Голштинского герцога, — император Петр Третий (1761-62). Младшую дочь Елизавету Петровну Петр выдать замуж просто не успел по ее малолетству. В официальном браке она не была, но была совершенно законно, православно повенчана с Разумовским, но тайно. По европейским (западноевропейским) нормам в морганатическом браке она не могла иметь законного наследника престола. Вообще загадка детей Елизаветы и Разумовского остается загадкой, и думаю, навсегда останется. Она — императрица Елизавета Петровна с 1741 года по 1761 год.

Но до своих еще не подросших дочерей Петр выдавал замуж за границу и племянниц, дочерей старшего, уже умершего брата Ивана, царя Иоанна Пятого. Старшая дочь, Екатерина Иоанновна, в замужестве герцогиня Мекленбургская, имела дочь. Ее дочери доведется быть правительницей России при официальном царствовании ее сына младенца. Она — правительница Анна Леопольдовна, дочь Мекленбургского герцога. Официально же государем был император Иоанн Антонович, младенец, сын Анны Леопольдовны и Брауншвейгского герцога Антона Ульриха. Время правления — 1740-41, очень короткое. Наконец, вторая дочь царя Иоанна Пятого, Анна Иоанновна, в замужестве герцогиня Курляндская, детей не имела, но правила в России как императрица Анна Иоанновна с 1730 по 1740. То было десятилетие не к ночи будет помянутой Бироновщины.

Во всю Ивановскую использовалось завещательное право. Но если Екатерина Первая вступила на престол в итоге прямого переворота, если также в итоге прямого переворота и убийства мужа вступит на престол Екатерина Вторая в 1762 году, то в остальных случаях было избрание или действовало завещательное право. Петр Второй правил по выбору Верховного тайного совета в 1728 году, Анна Иоанновна — по выбору Совета в 1730 году. Она же его и распустила. А откуда взялась Анна Леопольдовна с Иоанном Антоновичем? У Анны Иоанновны детей не было. От ее сестры осталась дочка. Потому она завещала престол сыну племянницы. Сработало завещательное право. Ту же ситуацию вынуждена будет повторить Елизавета Петровна. Петр III — ее племянник. Она завещала престол сыну старшей сестры. Вот как наследовался престол в несчастной России.

Должен вам смело и решительно сказать. Первое. У России была огромная хозяйственная крепость, созданная благоденствием XVII века. Все-таки очень прочная была страна. То нас выручало в этом бедламе. Второе. Русские переживали фазу перегрева в своем этногенезе, или акматическую фазу по теории Гумилева, то есть были максимально энергичны в XVIII веке. То нас тоже выручало. Головы летели, но энергичных людей оставалось много. Хватило на XVIII век и даже на начало XIX века. И, наконец, невзирая на мощные прививки западничества русская культура оказалась очень мощной. Потенциал XVII века с привитыми ко древу барокко XVII века западными влияниями оказался мощным, дал несколько периодов яркой культуры, прежде всего, в эпоху Елизаветы, а затем Екатерины.

Прошу дам не обижаться на меня, но должен также сказать, что XVIII столетие показало исключительную несостоятельность женского правления. Исключения, конечно, возможны. Потому впредь никогда не рекомендовал бы русским людям допускать даму на императорский трон или в президентское кресло. Отдельные случаи не изменяют общую картину. Страну трясло, и трясло ее от любимцев императрицы. При том, что и Елизавета Петровна и Екатерина II были дамами незаурядного ума и умели выбирать людей. И, тем не менее, как тут не вспомнить историю Египта. За несколько тысяч лет древнеегипетской истории было 5 правящих цариц. Их все помнят даже по именам. Одна из них была великая Хатшепсут, при которой престиж Египта стоял необычайно высоко. Возводились храмы и другие постройки, совершались морские экспедиции, ну и вообще Египет процветал. Зато если взять 4 остальных цариц, то на всех 4 кончились династии, на 3 из них — эпохи, Древнее царство, например. И на одной из тех же 4, на Клеопатре, закончился сам Египет. Потому все-таки лучше как-то без дам, даже если они производят сильное впечатление. Помните, что одной из этих египетских цариц не помогло даже имя Нефрусебек, что значит «прекраснейший крокодил».

Вернемся, однако, в Россию. Меншиков полагал, что он укрепился. Не заметил он одного. В Верховном тайном совете оказалось многовато настоящих аристократов. Петруша ведь начинал с табачных капитанов, а в конце жизни стремился приблизить знать. И особенно приближенными оказались фамилии Голицыных из княжеского рода Гедиминовичей литовского происхождения, и Долгоруковых из княжеского рода Рюриковичей. Их в Совете оказалось многовато — 5 Голицыных и 3 Долгоруковых. Как справедливо отмечает Ключевский, то уже не аристократия, а олигархия, «власть немногих» по-гречески или «власть шайки» по-русски. Именно аристократия сыграла решающую роль в том, что Петр Второй занял престол. Для родовой знати происхождение дочерей Петра было сомнительным, как и сомнительным был его второй брак. Не говоря уже о том, что доченьки родились вообще вне брака. Они были «привенчанными» детьми, он позже венчался с Екатериной. Потому о них и разговоров-то не было, вот же есть прямая линия, законный наследник. Петр II подавал очень большие надежды. Он, посмотрите на сохранившийся портрет, был удивительно красив. Он отличался живым умом и добрым нравом. Его короткое правление представляет собой по сути дела умеренную реакцию на Петровскую эпоху. То есть, столица была возвращена в Москву. Старые институции не были восстановлены, но старые фамилии, старая родовая знать получала все больший вес. То был возврат к аристократической традиции, пусть пока еще не к демократической. Бесконечные придворно-ритуальные пьянки были не в чести. Но вместе с тем, никто не бросался срочно, немедленно, в приказном порядке отращивать бороды и переодеваться в русское платье. Именно умеренная реакция нам была тогда нужна для того, чтобы мы спокойно пришли в себя, восстановили бы более или менее хозяйство, дали бы немного передохнуть и жирку накопить мужику, но воспользовались бы при том и положительными сторонами, положительными итогами петровского правления: международным положением, новой армией, прекрасной артиллерией, построенным и еще не успевшим сгнить флотом. Он сгниет при Анне Иоанновне окончательно.

Трудно оценивать 3-летнее правление, оно слишком коротко. Но вроде бы не было ничего плохого. Была одна юношеская, романтическая история. Петр был увлечен своей теткой, правда, не прямой — Елизаветой Петровной. По нормам того времени, по вкусам барокко она всю жизнь была отменно хороша собой. А уж в юности она была просто очаровательна. Конечно, то было совершенно недопустимо, предосудительно. Потому Елизавету постарались удалить; хорошо, что не удавить. А в остальном все шло хорошо.

Меншиков, правда, время даром не терял. Он решил укрепиться окончательно. Но не надо хотеть всего! Не надо! Если ты и так вельможа первой степени, то не хоти еще луну с неба, корабля с мачтами, груженного золотом, ножку от заграничного таракана. Не надо. А он захотел быть царевым тестем. Причем Машенькой Меншиковой Петр совсем не был увлечен, хотя, судя по всему, она была красива. И к Александру Даниловичу Петр относился со с трудом скрываемым омерзением. Но не то решило дело. Царь был слишком юным. Решили дело Голицыны и Долгоруковы. Они могли рискнуть. Из трех фельдмаршалов Русской армии один был Голицын и один Долгоруков. Меншиков был арестован и загудел в Березов, где скоро и скончался, пережив несчастную, ни в чем не повинную Машу. А двое других его детей, дочка и сын, как миленькие вернули деньги из лондонских и амстердамских банков Я писал о том заметку в «Новой России». То очень поучительный пример. И всегда будут возвращать, ведь все понимают условия игры, понимают, что когда ты украл годовой бюджет России, «гуманизм» закончился, и вот-вот начнется дыба и каленое железо. Впрочем, им сохранили весьма либерально то, что не было наворовано. Они все равно остались богатейшими людьми, имения Меншикова им остались. У обоих был успешный брак и потомки.

Однако в 1728 году произошло несчастье. Царь Петр охотился, продрог, заехал погреться в крестьянский дом, заразился оспой и помер.

Перед Верховным тайным советом снова встал вопрос о выборе следующего наследника. Эта инстанция стала если не всевластной, то предельно властной, имеющей возможность подмять под себя даже генералитет, включая статских генералов — сенаторов. Олигархия укрепилась. Из 8 членов Совета теперь 6 принадлежали 2 фамилиям: 4 Долгоруковых и 2 Голицыных. Плюс, как я сказал, 2 из 3 фельдмаршалов, а третий, князь Трубецкой, был просто дряхлым. Потому всё решали они, запершись ввосьмером.

Причиной аристократического пренебрежения к дочерям Петра я вам уже объяснил. К тому же «Кильский ребенок», как называли будущего Петра III, или даже «Кильский чертушка», простите, Голштинский принц вообще тут никому не нужен был. Потому оставались дочери царя Ивана: некая законность была необходима. Почему избрали Анну? А очень просто. В этот момент Екатерина Ивановна была еще реальной замужней герцогиней Мекленбургской, а Анна стала вдовствующей герцогиней Курляндской, да еще и бездетной. Ни Курляндский герцог, ни его наследники ничему не грозили. Значит, будет Анна.

Анну заставили подписать, и она естественно подписала чрезвычайно интересный документ — третий крупный документ в русской истории, ограничивающий волю монарха. Вспомните Смуту, первым таким документом была Подкрестная или Крестоцеловальная грамота царя Василия Шуйского. Второй документ — проект избрания королевича Владислава Сигизмундовича на русский престол, ограничительный документ Салтыкова (Михаила Глебовича). И вот третий документ — «Кондиции», подписанные Анной Иоанновной при избрании. В этих Кондициях, то есть в условиях только один пункт касается дворянства в целом: «у шляхетства (термин еще бытовал) живота и имения и чести без суда не отнимать». То гораздо меньше, нежели такие же гарантии в документе царя Василия Шуйского, потому что те от внесудебных преследований и, следовательно, пыток на допросе гарантировали всех русских людей, а Анненские кондиции — токмо дворян. Все же остальные пункты — это самоограничения в пользу Верховного тайного совета. Анна обязалась без него не производить в чины выше полковника. То есть, все генеральские чины она отдала, в том числе чины статской службы. Не даровать никому придворных чинов, чтобы иноземцы из Курляндии не налезли. Однако какое ограничение! Императрица сама себе придворного назначить не может! Не объявлять ни войны, ни мира. Не устанавливать новых налогов, дословно: «новыми податьми верных наших подданных не отягощать». В конце этих пространных Кондиций, после которых править было уже невозможно, оставалось только царствовать, следует решительная фраза: «а ежели чего не додержу, лишена буду короны российской».

Подобно тому, как Меншиков недооценил аристократов, аристократы недооценили конкурентов. Восьмой член Совета вице-канцлер барон Остерман установил свои тайные сношения с Анной, пребывавшей еще в Митаве, в Курляндии. Ныне Митава называется Елгавой и находится в неисторической Латвии. Туда же писал еще один прехитрый человек. То был архиепископ Иоанн Прокопович. А над ним уже не первый год висело обвинение в неправославии. И если бы его конкуренты, его недруги, его противники, вошедшие в силу при Петре II, уважавшем архиереев, вели себя так же, как он вел себя в свое время, он бы до Анны не дожил, а скончался бы в пыточной. То были такие замечательные преосвященные, как епископы Лев Юрлов, Игнатий Смола, Георгий Дашков. Феофанчик был человек замечательный, ведь он сам на пытках присутствовал, в том числе на пытках духовных лиц. А так он дожил, но обвинение над ним висело. И он торопился, торопился выслужиться перед новой императрицей. Агентура тут была. И сила у нее была — гвардейцы. Они привыкли со времен Петра, что ничем не ограниченная монархия постоянно их только и балует, только и ласкает. Потому даже узенькой аристократической палаты из 8 членов гвардейцы боялись, а неограниченной монархии не боялись, и были готовы утвердить ее своими штыками.

Правда, была и третья сила, самая интересная. Это влиятельные и образованные дворяне, занимавшие высокие, но скромные чины. Не солдафоны двух гвардейских полков, но и не «верховники». Между ними оставались еще люди. Их идеологом стал тогда всего лишь статский советник. То пятый чин по табели о рангах. Конечно, для нас с вами «статский советник» — это звучит здорово, выше полковника, четвертый чин уже генеральский. Но для членов Верховного тайного совета он был все равно, что клоп. Так вот, статский советник Василий Никитич Татищев, будущий великий русский историк, а тогда весьма интересный организатор заводского дела. Он вообще был незаурядным, многосторонним человеком. Татищев написал изумительный документ, свой документ, где он высказывает необходимость сохранения самодержавной монархии.

Оригинал в полном объеме proza.ru/2015/01/25/1587