При чтении книги священника Михаила Шполянского (потомственного конструктора военных кораблей) «Мой анабасис, или Простые рассказы о непростой жизни» наткнулся на очень любопытные и актуальные именно сейчас воспоминания.

Это пересказ севастопольского мифа, одного из многих, порожденных слухами и реальной утечкой информации от военных моряков, и юношеских воспоминаний. Сами выводы уже отнюдь не юношеские, а после получения специальности в знаменитом Николаевском кораблестроительном институте имени адмирала Макарова и нескольких лет работы в филиале секретного  Северного конструкторского бюро. Главное учреждение, проектировавшее военные корабли СССР, располагалось в Ленинграде, где Михаил Шполянский часто бывал. Собственно, там работал и его отец до перевода в Николаев. В общем, мнение, которое я цитирую, это очень основательная и профессиональная оценка увиденного своими глазами (повреждения корабля) и севастопольских слухов на рубеже 1960-70х годов.

«На весенние каникулы родители разрешили мне самому на несколько дней поехать в Севастополь. Насколько помню, главной моей целью было посмотреть военные корабли в бухтах города. Лет с 13 я всерьез увлеся «военно-морским духом», и это увлечение осталось со мной на всю жизнь.
Эту задачу, к своему удовольсвию, я полностью выполнил. С высокиъх скалистых берегов внутренних бухт прекрасно были видны стоявшие у стенок тогда новейшие МРК (малый ракетный корабль) «Молнии», скоростные МПК (малый противолодочный корабль) «Альбатросы», подводные лодки; на рейде БПК (большой противолодочный корабль) 2 ранга 61 проекта и противолодочный вертолетоносец «Москва», в отдалении артеллерийский крейсер 68-бис «Михаил Кутузов».
У стенки стоял один 61-й БПК с развороченной кормовой надстройкой (фундамент РЛС, радиолокационной станции, кормовового комлпекса ЗУР, зенитно-ракетной установки «Волна»). Поговаривали, что это результат боевого столкновения с американскими «Фантомами». Якобы одна из советских подводных лодок в Средиземноморье из-за сбоя систем послала сигнал «потоплена противником». Находившийся в том же районе БПК немедленно атаковал реактивными глубинными бомбами ближайшую американскую подлодку. В ответ с американского авианосца взлетели штурмовики, которые натолкнулись на ракетный залп зенитного комплекса 61-го; однако одна из авиационных ракет (противолодочный «Шрайк») попала-таки в наш корабль. И в этот момент, разобравшись в ситуации, конфликт удалось погасить.
Честно говоря, мне эта история кажется мифом. Звучит она весьма фантастично — если знать, сколько инстанций должно было пройти решение о начале боевых действий. Но, с другой стороны, поврежденный явно не в результате технической аварии корабль я видел своими глазами. И слухи по городу распространялись не только бабками — экипаж корабля, конечно, не мог не проговориться. Наконец, техническая специфика советского флота («флот одного залпа» — рассчитанный на сверхмощный удар по противнику в первый момент войны, но не способный к длительному противостоянию) также говорит о некоторой вероятности таких событий.
Как бы то ни было, факт: теория «гарантированного сдерживания» как надежной страховки от ядерной войны в действительности ничего не стоила (ярчайшее подтверждение — известная история о том, как человечество спасла от катастрофы «католическая ментальность», фатализм своего рода, тогдашнего госсекретаря США Збигнева Бжезинского). Переполненный ядерными боеприпасами мир выжил чудом. И такое же чудо нужно и будущему, чтобы конец света не был «осенен» грибами водородных взрывов.»

===========================================

Итак, замечательный сценарий для остросюжетного фильма. Яркий молодой герой — старшеклассник рубежа 1960-70-х, увлеченный флотом, выросший в Ленинграде и Николаеве. И он же уже в пятьдесят лет, в 2000-е — православный священник, рассуждающий о конце света.