В этом обзоре: 1) одна очень старая теоретическая работа советского (а точнее анти-советского) географа Бориса Родомана 1970-х годов и 2) свежайшее выступление шведского экономиста: Кьелл Нордстрем в 2003 году опубликовал свершившийся прогноз развития мировой экономики, а в конце 2016 года сделал еще один прогноз. В заголовке есть как бы неважный временной интервал «50 лет», но доминирование некоторых городов (Карфаген, Афины) вместо стран было уже и три тысячи лет назад, и прямо сейчас достаточно много городов, которые гораздо важнее, чем страны (Сингапур). В Швеции еще в 1960-х годах была создана Лундская школа географии человека (Хегерстранд), основой территориального планирования в которой были приняты «соты»  (решетки Кристаллера) и «пространственная хореография».

3) В заголовке еще обозначены Умные поселения в природе, это точно не «звенящие кедры России» и не «родовые поместья». Это самые обычные и понятные немецкие, американские, австралийские пригороды. Поэтому много о них писать я не буду, однако дам несколько ссылок, в основном по альтернативной энергетике.

Удивительным образом, самое прогрессивное западное территориальное планирование 1970-х строилось на методе балансов времени, развитом в СССР в 1920-е годы. К 1980-м в советской рекреационной географии и в мировой географии человека такие методы получили название пространственно-временной подход. Его стержнем является оптимизация затрат времени для реализации всех потребностей человека, где бы он не жил. При этом многие потребности являются диаметрально противоположными по требованиям к качеству среды: для отдыха человеку необходима природная ненарушенная среда, а эффективная работа, особенно в интеллектуальной сфере, требует высокого уровня урбанизации.

1.Поляризация биосферы по Б. Родоману

Поляризованный ландшафт (поляризованная биосфера) — концепция культурного ландшафта с территориальной структурой, предполагающей гармоничное сосуществование природных зон и деятельности человека.

Окружающая среда, сформированная по концепции поляризованного ландшафта, содержит расположенные вдоль дорог поселения и полосы парковых зон. «Решётки» из поселений и парков накладываются на «фон» из сельскохозяйственных земель, при этом величина и границы отдельных зон поляризованного ландшафта будут разными в зависимости от условий конкретной местности. Заповедники и другие природоохранные территории с одной стороны, и, с другой стороны, центры городов и индустриальные районы рассматриваются как в одинаковой степени важные и противоположные (полярные) части среды. Между ними располагаются прочие функциональные зоны, промежуточные по плотности постоянного населения, по степени интенсивности землеприродопользования, по транспортной доступности.

Согласно концепции поляризованного ландшафта, природоохранные территории, расположенные между антропогенными территориями, также должны объединяться в единое целое (так называемый эконет) с помощью зелёных коридоров. При этом предполагается, что исходная «решётка» (или первоначальный план-картоид) на реальной местности образуется с учётом потребностей антропогенной инфраструктуры и особеннностей ландшафта, таких как рельеф и водотоки.

МОДЕЛЬ ОПТИМАЛЬНОЙ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ: ПОЛЯРИЗОВАННЫЙ ЛАНДШАФТ Б.Б.РОДОМАНА.

Большой город и дикая природа — противоположные и равноценные виды окружающей среды, необходимые людям. Если разместить безлюдные дебри и многоэтажный центр большого города на воображаемых противоположных концах биосферы, то между ними окажутся переходные функциональные зоны, промежуточные — по плотности населения ипо степени изменения природной среды: природные заповедники, загородные парки для отдыха и туризма, агропромышленная зона, селитебная, городская зона, где размещаются предприятия торговли, услуг, зрелищ.

Оптимальным является такое размещение этих функциональных зон, чтобы агрессивные участки (промышленные, центры торговли и сервиса) отделялись от природных заповедников переходными территориями — парками, сельскохозяйственными землями.

Города и поселки, разрастаясь лучами вдоль дорог, разбивают территорию на участки, слишком тесные для всех функциональных зон поляризованного ландшафта и обитания популяций животных.

Для сохранения их необходимо соединить «зелеными коридорами» в единый массив, охватывающий всю сушу. В поляризованном ландшафте будут работать две основные транспортные системы — дороги для перевозки людей и грузов с общественными центрами в узлах и пути диких животных, сходящиеся к заповедникам. На этот каркас наращиваются функциональные зоны, в них выстраивается третья сеть — для отдыха и туризма. Из городов по осям зеленых клиньев, начинающихся в городских парках, связав все население между собой и с местами загородного отдыха, огибая заповедники, протянутся туристские дороги, оборудованные согласно требованиям ландшафтной архитектуры. Пользуясь рекреационной сетью, турист увидит местные красоты природы, памятники культуры в центрах городов, минуя стандартную современную застройку и агропромышленную зону, по парковой тропе пройдя из города в окрестные леса.

Оптимальная районная планировка по принципу сетевого поляризованного ландшата ( по Б.Б. Родоману):
1 — города и поселки для постоянного проживания;
2 — дачные поселки;
3 — сельскохозяйственные угодья;
4 — природные парки дл туристических походов, прогулок, пикников;
5 — природные заказники и угодья для охоты, сбора грибов и ягод;
6 — природные резерваты (заповедники);
7 — маршруты общественного транспорта и остановочные пункты;
8 — туристские дороги, маршруты, прогулочные тропы:
ф) для моторного транспорта, б) биотранспортные (велосипедные конные и т.п.), в) пешие и лыжные;
9 — туристические базы(а), приюты и стоянки(б);
10 — граница района.

Читать полностью:http://www.km.ru/referats/6675B2D9C9BE4F008DE5143A40FD51D8

Концепцию поляризованного ландшафта как одного из подходов функционального зонирования территории предложил советский и российский географ Борис Борисович Родоман в 1970 году. За пределами России и СССР данная концепция распространения не получила. До 2002 года практически не было публикаций массовыми тиражами, Борису Родоману запрещалось вести лекции, можно сказать, что сама по себе его жизнь была чудом спасена в МГУ имени Ломоносова. Профессор Николай Семенович Мироненко (кстати, уроженец села Придорожное, Джанкойский район, Крым) давал возможность Борису Родоману заниматься научной работой. Среди прочего, Б.Б. Родоман вычитал мою дипломную работу, написал на нее отзыв, который помог защитить ее в качестве кандидатской диссертации.

2.Кьелл Нордстрем: Через 50 лет вместо 218 стран будет 600 городов

sur182
На Synergy Global Forum (21-22 ноября 2016, Крокус Сити Холл, Москва) последним выступал Кьелл Нордстрем — профессор шведской школы экономики, написавший «Бизнес в стиле фанк». На выступлении Кьелла зал покинуло ровно 50% аудитории (просто не понимали о чём он говорит), что совершенно точно описывает происходящее с российским бизнесом. Отечественный предприниматель с каждым спикером ждал, что на сцене появится человек и скажет: «Ну вот, парень, смотри — это корова. Отсюда молоко, вот так вот руками делаешь, потом взбиваешь вот здесь, получается масло. Потом на прямоугольники режешь, вот в эту бумажку кладёшь, вот этим звонишь, вот такую маржу ставишь, вот столько зарабатываешь, вон в тот сейф кладёшь». Все ждут конкретных решений, беспроигрышных действий и проверенных концепций. Именно поэтому у нас не появился Google, Uber, Tesla и Apple. Нужно выйти за пределы бытового сознания, а пока с этим тяжеловато.

Кьелл появляется на сцене как божество. Ему почти 60, он длинная и совершенно лысая каланча в очках с толстой моднейшей оправой. Его черная рубашка сливается с черными джинсами, он пластичен как жидкость, заполняющая собой пространство. На заднем фоне появляется падающий поток цифр из «Матрицы», но цифры кислотно-фиолетовые, потому что the future is here. Люди уходят из зала целыми рядами, а я стираю руки в кровь, пытаясь записать каждое слово, сказанном Кьеллом.

Очень смутно и кратко делюсь некоторыми тезисами, потому что всё, что написал Нордстрем в 2003, сбылось с точностью до грамма.

1. Мы находимся в начале самой быстрой урбанизации человечества.Ключевое здесь понятие «в начале». Нам кажется, что всё уже произошло и завертелось, а на самом деле это только старт. Apple Pay пришел в Россию около месяца назад, но уже сейчас никто из продавщиц на кассе не удивляется тому, что ты платишь телефоном. Пластиковые карты умерли, а мы даже не заметили этого.

2. Страны умирают как структуры. Через 50 лет вместо 218 стран будет 600 городов. Уже через 25 лет не будет, например, Австрии, потому что уже сейчас Австрия — это Вена и какие-то там городишки рядом. Это произойдет из-за смены системы восприятия информация, развития транспорта и технологий в целом. То есть сейчас англичанин приезжает в Москвы и сын говорит ему: «Папа, давай съездим в Нижний Новгород!», — а папа отказывается, потому что это далеко, другой город, но через несколько десятков лет Россия превратится условно в Москву, Екатеринбург и Владивосток, а Нижний Новгород станет просто районом Москвы, добраться до которого от Красной площади (будет ли она тогда Красной?) можно будет за считанные минуты.

3. Всё, что может быть оцифровано, будет оцифровано. Медицина, безопасность, образование, армия — ровным счётом всё.

4. Прочитайте о системе FAANG. Это основа новой реальности: Facebook, Apple, Amazon, Netflix, Google.

5. Матрица мощна, но она не меняет принципы зарабатывания денег. Есть монополия — есть деньги, нет монополии — нет денег. Мы ненавидим IKEA, но раза за разом идем туда. Почему? Задумайтесь о принципах инноваций, которые ложатся в основу временной монополии. Вот есть Lady Gaga — временная монополия в мире развлечений. Если вы делаете вечеринку и пригласили туда Гагу, а она заболела, то вы никем не сможете её заменить. Именно это и создаёт ценность продукта. Невозможность замены в сознании. Когда-то Volvo выпустила модель 242: самую убогую и некрасивую машину вселенной, но Volvo придумала идею временной монополии — абсолютную безопасность и это понятие невозможно было чем-то подменить. Потом идею безопасности для временной монополии переняла Toyota, потом Mercedes и уже через несколько лет Volvo потеряла свои позиции на рынке, и продалась китайцам. Для того, чтобы создать временную монополию, нужно вернуть индивидуальность.

И четыре столпа жизни человека, который летит в открытый космос:

1. Информация развивается так, что мы глупеем каждое утро. Через 5 лет при приеме на работу начальник не будет выбирать взять ли Васю, который знает английский, или Лешу, который не знает. Речь будет идти о том, взять ли Васю с уровнем advanced или very advanced. Остальным не найдется места в мире. Информация развивается каждый день, а мы нет. В новой парадигме мы все любители, но это создает огромные возможности для бизнеса, потому что нам нужны компании, которые будут постоянно закрывать разрыв между новой информацией и нашими знаниями. Теперь ни одна компания не может справиться в одиночку.

2. Мир стал многополярным. Связывая между собой существующие системы, мы создаем системы нового порядка. Если вы стараетесь производить телефоны, то забудьте о планировании. Пока вы допишете план разработки, технологии поменяются уже 200 раз. В новой реальности нужно идти методами проб и ошибок.

3. Ценность высшего образования становится ничтожной. Знание в университетском мире перестало быть уникально, матрица разрушает монополию на знания. Вам не нужен Гарвард для знаний из Гарварда, поэтому если 5 лет назад корочка выпускника давала вам зеленый свет в любую корпорацию, то теперь все эти знания доступны любому желающему и вопрос только в ближайшей смерти физических дипломов. Это дело нескольких лет. То есть если вы сейчас решили начать зарабатывать, чтобы ваш ребенок через 10 лет пошел в ВУЗ, то не тратьте на это время. ВУЗы перестанут существовать в привычном для нас понимании. Артикулированные знания необходимы, но это не гарантирует вам успеха.

При приёме на работу мы зачастую смотрим на навыки соискателя, а потом тренируем его в человеческих отношениях, а матрица позволяет делать всё наоборот. Найдите человека с которым вам максимально комфортно и тренируйте его в знаниях. Стать профессионалом может любой. Стать приятным для вас человеком — далеко не каждый.

4. Мы воспринимаем жизнь как серию транзакций. Мы постоянно договариваемся. Все машины и технологии снижают издержки транзакций в любом виде человеческой деятельности.

И очень важная динамика: количество домохозяйств с одним человеком увеличивается с невероятной скоростью. Мы все начинаем существовать вместе по одиночке с помощью машин. В Швеции в 2008 году было 48% домохозяйств, где жил 1 человек. Теперь таких домохозяйств 56%, но это не повод для страдания, а лишь факт необходимости признания эволюции и факт необходимости под эволюцию адаптироваться.

Самое глупое, что может сделать человек — это попытки эволюцию остановить. Думайте. Развивайтесь. Уже сейчас у нас в голове информации больше, чем мы можем рассказать.

Facebook автора

3.Умные поселения в природе

Сейчас я живу в селе, которое существует не менее 2500 лет. Это один из многих населенных пунктов хоры, земледельческой округи древнегреческой колонии Ольвия. Здесь жило несколько фермеров-рабовладельцев, каждый из них был культурным человеком, законодателем и воином. Вполне понятно, что он заботился и о равновесии в природе, чтобы его детям, внукам и правнукам эта природа давала очень много продукции, которую можно продать и получить красивые дорогие вещи.

Не буду много писать, насколько глубоко деградировала природа, экономика и культура за время правления Российской империи, СССР и независимой Украины. Важно, что природа все еще красива, а плодородие земель все еще лучшее в мире.

=============

«Dyssekilde» — экопоселение недалеко от Копенгагена — в 1990-е годы ряд добровольцев решили создать экологически чистую деревню для вегетарианцев. Государство пошло им на встречу, из чистого любопытства выделив хороший участок, ожидая увидеть коммуну из хиппи и растаманов, но проект оказался успешным и целое поселение со временем стало экономически независимым государством.

позволю себе в рамках заголовка утверждать, что поселение не стало государством. Оно даже не стало городом. Но важно, что не имеет особого значения, в каком именно государстве развивается это поселение. Экономически, политически, идеологически оно независимо. А вегетарианцы живут по всему миру. И для них государство не имеет столько значения, сколько их образ жизни.

Для строительства домов здесь сначала использовались солома, лиственница, необожженный или переработанный кирпич, лён, бумага и даже раковины мидий. Но вскоре поселенцы стали менее строгими к себе и стали использовать наиболее экологичные из современных материалов. 7 ветряных мельниц обеспечивает больше электричества, чем Dyssekilde может потреблять — 450 киловатт, этого достаточно, чтобы покрыть потребность домов сообщества в 2,5 раза. Излишки электроэнергии продаются. (В Дании — одна пятая всей электроэнергии ветряная.)

Серьезное внимание в поселке уделяется воде — сообщество использует 60-65% воды от среднедатского водопотребления, благодаря компостным туалетам и сбору дождевой воды для смыва туалетов, стиральных машин, и полива садов.

Подробнее