В Ялте росли два мальчика. Я встретил их на первых соревнованиях по горному велосипеду на Ангарском перевале. В 1997 ?. Соревнования организовал Вячеслав Минин, человек с невероятной энергией и фантазией за пределами обычного спортсмена. Мальчикам было лет по 11. Их было несколько. Но важны двое. Все уже могли раскачиваться на велосипедах, делать вилли, повороты прыжком и ещё десяток базовых трюков. Один из них учился потом в спорт-интернате в Киеве. Получил спонсорство Конондейл, но исчез из Ялты. Наверное его взяли в олимпийскую сборную Италии, Франции, Испании… Какая разница? Он потерян для Крыма. Другой парень создал общественную организацию, проводит гонки спортивные и для туристов, он построил мостики между Зубцами Ай-Петри, доску для международных соревнований по дип-дайвингу со скалы Дива. Кто из них больше сделал для Ялты? Назовите мне хоть одно имя олимпийского чемпиона, который изменил Крым к лучшему.

Первые соревнования по скейтборду в Севастополе. Фото для газеты Слава Севастополя. Команда Мухоморы. Сидит вдали Саша Накозин. Сейчас хозяин магазина, спонсор контестов и райдеров.

Ну теперь про пост-советское пространство и как закалялся стритстайл, чем сердце не успокоилось за 30 лет спустя.

Регулировщики уличного движения, или кто был кто в советском стритстайле
В начале 80-х в центровых местах крупных советских городов стали появляться подростки с роликовыми досками. Они вызывали к себе неподдельный интерес — понять, как от их вихляний доска едет вверх (!) по асфальту было невозможно. Они закручивались на задних и передних колесиках, делали “маятник” тип топ (качали передком, задранным в воздух), стояли на руках… Всем любопытствующим давали попробовать, что моментально заканчивалось жесточайшими падениями. Асфальт это вам не яма с поролоном.

Обычно на одной-двух досках каталась целая дружная компания. Скейтборд стал новой формой дружить на улице.

В то время оборонные предприятия обязали выпускать продукцию народного потребления. Конструкторы многих военных заводов заинтересовались новой игрушкой. Она фигурировала в нашумевшем американском фильме “Каскадеры”. Вскоре скейты стали производить в Риге (“Ripo”), Вильнюсе (“Rula”), Ленинграде (“Вираж” со стеклопластиковой декой — “бешеный огурец”), Киеве (“Вираж” с резиновыми “подметками”), Краматорске (“Восток”) и даже где-то в Средней Азии с абразивной крошкой вместо наждачки. Лучшей моделью, настоящей легендой остается “АПОМ (РПОМ)”. Андроповское (Рыбинское) Производственное Объединение Моторостроения, вот как это называлось. Делали там вообще-то турбины для военных самолетов, отсюда и неубиваемое качество — легкая и невероятно крепкая доска, одинаково резвая для слалома, фристайла и стрита — на ней можно было делать олли!
Но до стрита пока было далеко, не было его и в проекте. Везде было немножко фристайла, эдакий бродячий цирк уличных уродцев, и очень много слалома.

Слаломисты
Начнем с чемпиона мира Ени Содерхелла, хотя он и был швед, но серьезно постарался для Союза. Он занимался компьютерными сетями для больниц, ездил по всему миру и зарабатывал хорошие деньги. В слаломе при разгоне с трехметровой горки он достигал скорости 68 км в час. Его спонсором был Криптоникс, самые быстрые в мире (и наверное первые) полиуретановые колеса. Он раздавал их везде и рассылал по почте. За свои деньги он издавал (в Париже почему-то) небольшой журнальчик “Слалом”, поступавший и в Союз. Анатолий Мацукевич из Питера был иногда вице-чемпионом мира, с отрывом в сотые доли секунды его доставали Юра Фомин из Саратова и Стас Мироненко из Харькова, иногда Гинтс Гайлитис из Риги.

Стас Мироненко очень давно живёт в Германии. Программист.

Юрий Фомин начинал свою карьеру как профи хоккеист. Скейтбординг давно оставил. Серьезно занимается сноубордингом. Тренирует детей и сам катает на соревнованиях.

О других не знаю…

Вообще слаломистов было человек 30 на весь земной шар и вскоре их соперничество приняло водевильный и никому не интересный характер. Дети, которых они набирали в свои секции, после 12 лет отказывались вертеть попой и хотели только одного — колбаситься на радиусах.

Москва долгое время не играла никакой роли. Там был сильный фристайлист Андрей Ерин, подготовивший в чемпионы России 91 (или 92?) года ключевую фигуру российского экстрима — Перестрелку (Андрея Лаврова).

  • Андрей Перестрелка Лавров приезжал к нам в Крым как судья в 1993. Уже в школьном возрасте он получил спонсорство от легендарного Никиты Первого, основателя Республики КаZантип. Но Никита Маршунок ещё в 1995 году сделал для себя и своей московской команды, что Россия это не скейтборд, а сноуборд. Я как раз тогда оказался в Москве. При мне делали первый снежный трамплин на спуске в Лужниках. Перестрелка дал мне катнуть на доске Burton. Кстати, фирму основал подросток с помощью своего дяди. Мальчику хотелось катать по снегу на деке от скейтборда )).  Уже давно в Москве сноуборды Бартон считаются слишком попсовыми и неинтересными. Но это просто мажорное маасковское чванство. Никаких особых достижений у российских сноубордистов нет. Нет системы роста. Профи команда очень маленькая. Временами снимаются в рекламе. Трое из Москвы, один с Камчатки. Сноубординг очень давно олимпийский вид спорта, это очень скучно. И не интересно спонсорам. Продажу сноубордов заводят видеоигры, мировые туры, спуски по нетронутому снегу, когда райдеров поднимают наверх на вертолете. Помню красивый трек, когда с вершины запускают апельсин и несколько сноубордеров гонятся за ним.

В Лужниках были установлены разгонные горки для слалома и какое-то время работала секция. Говорят, что ее в конце 80-х посетила некая американская делегация, подарившая пацанам стритовые и рамповые доски. В Москву эти доски проникали и с иностранными студентами и детьми дипломатов. Сын китайского посла, во всяком случае, был важным поставщиком скейт-материалов и любимцем московского стрита.

Хотя где-то в 87-88 годах по кинотеатрам Союза как ураган пронеслись два фильма: “Достигая невозможного” и “Столкновение”, эпоха слалома продолжалась. Стрит и тем более рампа были в далеких мечтах. Главным событием жизни у нас были съемки фильма “Приморский бульвар”.

В 1984 году в Саратове комсомольский вождь районного масштаба Игорь Голишников (позже зам.редактора областной молодежной газеты) и профессиональный хоккеист Юрий Фомин создали скейт-клуб “Фантастика”. По безумным изобретениям журнала “Юный техник” они мастерили скейты с резиновыми эспандерами на деревянных бобышках. Анатолий Мацукевич обосновался при спортклубе Ленинградского университета. Г.Гайлитис — Рижского университета. К тому же он работал на местном телевидении. Это облегчало работу со спонсорами. В Риге делали журнал “Zig Zag”. В Саратове очень мощный по тем временам информационный бюллетень “Скейт-Новости”.

  • Скейт-Новости я получал по почте все выпуски регулярно. Но главное, что из Германии я получал журналы Мюнстер Монстер. Издатель Титус Диттман, главный редактор Гюнтер Мокилус. Я имел твердое намерение выпускать журнал Тип Топ. Разместил рекламу на ЖД вокзале и в аэропорту Симферополя. Мне даже денег на подписку прислали нынешний хозяин НАС шоп из Севастополя и нынешний фабрикант экстрим парков в Питере Максимов.
  • Я подготовил к изданию журнал с чертежами минирамп, трамплинов и прочие полезные вещи для скейтеров. Однако издать не получилось. Сейчас это в интернет виде востребовано.

В Харькове братья Мироненко сделали один-два номера украинского скейт-журнала. Практически все советские скейтеры собрались в Одессе на съемки “Приморского бульвара” — Фомин там делает даффи 360 сразу на двух скейтах!

Эра слалома достигла своего апофигея к 92 году. На открытом кубке Поволжья участвовало 20 стран, были съемочные группы Останкино и американского Суперченнэл.

Уже на этих соревнованиях появился троянский конь, умертвивший навсегда спортивный формализм и дисциплину. Дима Беляев из Питера, непревзойденный до сих пор чемпион России в рампе и стрите, стал героем начинающих доскеров.

Южное Вторжение
Еще в 84 году я купил себе убогий скейтик и катался вначале один, а потом с компанией подростков на стадионе 25-й школы в Симферополе. После фильма “Достигая невозможного” пошла вторая волна. В 90-м году журнал “Гутен Таг” напечатал статью о молодом миллионере из Мюнстера. Титус Диттманн, начинавший как учитель физкультуры в гимназии, к тому времени продавал в Европе около миллиона американских скейтов ежегодно. Я написал ему письмо… Не прошло и полгода, как я получил 4 журнала “Скейтборд Монстер Магазин”. Это был шок. К тому времени я собрался поступать в докторантуру в Хайдельберге.

Короче, я поехал в Германию, но решил не оставаться там, а вернуться в Союз и делать только то, что мне нравится. Я привез полудетскую рамповую доску (что-то типа Калифорния Про), дешевые диско-ролл-шузы, учебник по минирампам и видеокассету “Планета Земля” — все это потом прошло через сотни рук в десятке городов Крыма и Украины.

В 1991 году в скейт парке Таблетка фигур ещё не было. Но зато был спуск, где я сделал разметку для параллельного слалома. Мы отрабатывали балансы, грэбы и технику спуска по серпантинам. По учебнику Гюнтера Мокилуса.

15 октября 91 года я собрал кружок при Дворце пионеров (!). 1 декабря мы объявили через областную газету презентацию. На нее явилась ватага парней, одетых в точности как в наших монстер-магах и на нашей американской кассете. Они тащили полдесятка досок моделей Стив Кабалеро, Вижн, Тони Хок. Но главное — делали олли сантиметров на 40!

Оказывается группа ялтинских врачей в 90-м году побывала в Санта-Барбаре (городе-побратиме Ялты). Для них сделали экскурсию на мануфактуру Павел-Пералта и надарили кучу досок, плакатов, самоклеек, видеокассет и т.д. Многое из этого вскоре оказалось в ялтинских комиссионках по ценам чуть выше нашего “Виража” (А? То есть как четыре шоколадки Милка).

В апреле 91-го на ялтинской набережной возник из неоткуда некий скейт-диверсант (немец чи югослав шо ли, это по словам диджей Хороня), делавший олли через 6 ступенек. С тех пор парни колбасились на деках весь световой день круглый год (в Крыму это не сложно). Вот так произошло ялтинское чудо — команда, на протяжении 92-94 года уступавшая во всем Союзе только Диме Беляеву.

  • Дмитрий Беляев это олдскул с огромными вылетами. Даже и волл райд. Но флэт я не видел, чтобы он делал. Не знаю, как сложилась его судьба. Он дружил с харьковскими парнями, которые тусовались на оперном театре, потом вели программу Рэп-обойма на Приват ТВ, потом группа Танок на майдане Конго. ТНМК.

В Питере мои райдеры из Ялты в 93 году обкатали в стрите даже двух американцев из Калифорнийской любительской лиги — самой сильной в мире!

Но это произошло не сразу. 1992 год ушел у меня на поиски братьев по сдвигу. Вначале я ломанулся за границу. У меня был служебный паспорт и карман денег. Я поехал в Киев с Пятаком (одним из скейтеров) и попросил в кассе билет на ближайший поезд (в Прагу, Варшаву или Софию — у меня везде были какие-то адреса). Оказавшись в Софии и обнаружив, что тамошний парень уже давно учится где-то в Австралии, мы просто поехали в центр и спросили, где катаются. Оказавшись на мемориале советским воинам-освободителям мы обнаружили шикарнейшие граффити и вскоре познакомились с местными. Хотя русских болгарская молодежь тогда откровенно не любила, выяснив, что мы скейтеры, болгары за пару часов выдали нам кучу информации о стиле флэт и новых формах доски (дабл — с симметричными подъемами, длинным носом и поуже, чем рамповые).

Летом мы отправились в Белоруссию, на завод ЖМЗ (Житковичский моторостроительный завод), именно туда перекочевало из Рыбинска производство “апомов”. Это было отдельное приключение. Главным итогом был телефон и адрес Саратовского клуба, а также то, что вскоре спонсоры купили для нас около полутора сотен этих скейтов (качество их, правда, уже было просто отвратительное).

  • Отдельная история. Мы заплатили из спонсорских денег двести долларов за 4 тонны скейт компонентов. Пацаны продавали это по моему кредиту, когда ночевали у меня, просто воровали оси, кингпины, колеса.

К зиме мы (с Костей — моим сыном) предприняли бешеный вояж: Саратов, Москва, Харьков. Он просмотрел 30-40 новейших журналов и около 12 часов видео, мы сфотографировали оборудование, со всеми познакомились. В Москве просто подошли к балкону на станции метро “Библиотека им. Ленина” — это был единственный “центр управления полетами”. Московские стритстайлисты довольно иронично оценивали старания слаломистов по выпуску журналов и проведению соревнований. Но других ведь не было. В принципе это и не давало движению набрать силу…

  • Некоторая тишина наступила, когда пришли в американских клубных куртках Перестрелка и его команда. Шоп спонсоред это не такие скейтеры, которые сидят на скейтах и тупо пьют пиво.

В 93 году я провел 9 соревнований (Ялта, Севастополь, Симферополь), начиная с января, когда было +19, и заканчивая ноябрем. У нас побывали все мощные личности Москвы (Перестрелка, делавший тогда деки, и Денис Мархасин, отливавший оси, — это все не хуже американских), Саратова и Харькова. От нас “произошли” команды Киева, Александрии и Волгограда. Это был точно взлет.

  • Мы юг. Мы аналог Калифорнии в США. Ведь в Америке отнюдь не Вашингтон и не Нью-Йорк центр экстрима. И в России только Крым и Кубань будут базовыми регионами уличной культуры.

На двух выездах, в Питере и Саратове покаталось человек 10, и они дали мощный толчок во всех трех крымских командах. В Питере парни видели Роднея Малена (чего уж больше желать!).

У нас в Симфи и в Саратове кооперативы начали выпуск флэтовых досок (в сборе), в Питере делали колеса (недалеко от Парк Инн Прибалтийская), харьковчане и киевляне штамповали деки — но все это было не то, что у Перестрела или Дэна… Бизнес не пошел.

Наступление копыт
На открытом кубке Поволжья в 93 году впервые чемпионом России в рампе стал Рома Дырин (Акробат). На тележках (небольшую их партию к тому времени выпустил все тот же АПОМ) стали носиться по улицам в Питере и Саратове. Московскую команду Activity (или Activate? — я помню только на слух) взялась раскручивать Наталья Бондаренко. Она подписывалась как президент Российской федерации ролл-спорта. Вероятно, она сделала бешеную работу по оформлению областных отделений и регистрации. Но федерации никогда не было, как и российских соревнований. Их не проводилось до сих пор. Никогда не существовало федерации и в скейтборде, хотя между Питером (конкретно А.Мацукевичем) и Саратовым (Ю.Фоминым) долго велась тяжба за президентсво. Все-таки от имени всей России они получали на свои (маленькие в общем) команды приглашения за рубеж и помощь спонсоров. Такой тяжбы на Украине не было, потому что не было ни поездок, ни помощи. Какое-то время президентом себя называл Стас Мироненко, какое-то время (когда собирал всех в бесплатные гостиницы с питанием) — я. Киевляне даже в рамках своего города не объединились и до сей поры…

  • Киевский роллер клуб создал Марк Пустовит. Уровень: работа для молодежи, поддержка молодой музыки, графитти и муралы, журнал ! Марк и сейчас работает тренером.

Но вернемся к Роме Акробаты Дырину и Наташе Бондаренко. Именно они подняли Москву до ее нынешнего центрового положения.

Наташа очень много публиковалась. К ней приезжал президент Всемирной федерации ролл-спорта. Она стала проводить показательные выступления и соревнования, находила серьезных спонсоров. Остатки скейт-бордеров объявлялись и на роллерских движняках. Наташа и команда Акробата продержали движение до серьезной волны (когда в Москве появились Roces) — 3 или 4 года на действительно голом энтузиазме, как малопонятное чудачество.

Скейтбординг к тому времени зачах везде. Скейт-материалы стали недоступны. Многих парней забрали в армию. Другие считали себя слишком взрослыми для уличного стиля. Появившийся к 94 году сноубординг оказался для снежной России куда роднее калифорнийской игрушки. В Саратове, отпраздновав 10-летие скейтбординга, тут же его и приговорили. В Москве зимой 95\96 я встретил Перестрелку уже как соратника Никиты Моршунка. Они строили трамплин для биг-эйр на склоне в Крылатском. Там же колбасился на снегу Таракан (еще, действительно, очень крошечный и забавный мальчишка). Двое парней на м-байках карабкались по горнолыжной трассе. Жизнь изменилась, и в ней уже не осталось места для скейтборда. Перестрелка уже пек на своем прессе не деки, а только сноуборды “Ди Блэк” (очень кстати козырные). Слики для них он привозил из Западной Украины, где была построена фабрика австрийской фирмы.

Вот, собственно и все. Советский стрит кончился. Люди ушли. Кто в бизнес, кто в журналистику.

Современная история, уже российского стрита начинается с сентября 96 года. Наташа Бондаренко и Андрей Пшеничный (сделавший чертежи для роллердрома “Лужники”) на День Москвы установили первое здесь стритовое оборудование и рампу. Затем, в апреле они провели в Лужниках первый фестиваль Экстрим-97. На нем были роллеры, уже почти все на ин-лайн, немножко спотыкающихся скейтеров и пара почти ничего не умеющих м-байкеров. Много би-боев, в том числе замечательные “Да Буги Крю”.

Таракан, уже достаточно рослый и наглый, сменял по старому знакомству мою камуфляжную кепку на свою призовую… Он вызвал своим агрессив ин-лайном не меньше внимания публики, чем приглашенные профи из европейской сборной Roces.

Я сделал тогда неплохое видео. Ваня Семин, первый чемпион Украины по роликовым конькам, сделал себя после двух поездок в Москву. Теперь Москва стала единственным мощным центром стрита. Хорошо это или плохо — жизнь покажет…

  • Статья написана для ныне покойного журнала “Экстрём” в 2000 году.
  • Выводы для юных райдеров, родителей, спонсоров. Мы не знаем ни одного одной олимпийских чемпионов, кто сделал жизнь в Крыму лучше. Яна Клочкова заявила, что бассейн Динамо будет жив. Нет, сейчас это будет офисный центр. Екатерина Серебрянская ? Ее нет. Может и жива, а смысл? Крым это экстрим, уличная культура круглый год. Мечта многих русских подростков.
  • Надо выстраивать вертикаль карьеры. Но сейчас и давно Россия это задворки стрит-культуры. А при этом огромный рынок продаж экстрим компонентов.
  • С осени 2019 серьезные спортсмены, в том числе инвалиды формируют предложения для Федеральной целевой программы по созданию новых школ высшего спортивного мастерства в Крыму. Я готов участвовать.